Только хорошие умирают молодыми. Фантастический роман

Мало ли: сегодня есть, а завтра нет. И вообще как объяснить то, что он ощущает, человеку, полностью лишенному чего-либо подобного?

Пламя затрещало веселее, языки потянулись выше, дрожащий оранжевый свет разогнал темноту. Денис встал, подошел к шкафу, завозился в его недрах, чем-то звеня, переставляя что-то с места на место.

– Музыкант, тебе чаю или кофе? Или чего покрепче?

– Кофе. И от коньяка не откажусь. У тебя ведь наверняка есть?

– Коньяк-то? – тихо усмехнулся Денис. – Водится. А кофе только растворимый, извини.

– А что у тебя есть? Учти, попсню и блатняк я не слушаю. Хотя, конечно, хозяин – барин. Но если ты хочешь меня развлечь…

– Что ты! Никакого блатняка. Хотя, скажу тебе, после Лехи Петли тут та еще коллекция осталась. Я ее сохранил на память. Миха Лысый, Васяня с зоны и все в таком духе. Давай что-нибудь поинтереснее поставлю. «Юрай хип» пойдет?

– Пойдет, – с некоторым удивлением согласился снайпер.

Если честно, Денис ему не очень-то и нравился. Но за коньяк и приличную музыку он многое готов был ему простить. Даже странное обращение на «вы». Даже то, что тот явно набивался ему в приятели.

Денис включил проигрыватель. Из динамика ударили первые тугие аккорды. Музыкант разве что не зажмурился от удовольствия, услышав знакомые звуки.

«Солнце встает, и новый день пробивается сквозь, – выводил волшебный голос Дэвида Байрона, – утро нового дня, в котором тебя нет».

Слушая то, как он поет, легко было представить себе зачарованный лес, населенный демонами, волшебниками и единорогами. По тропинке среди деревьев, сплетавшихся в непроницаемый для солнечного света полог, ехал рыцарь, отправившийся спасать принцессу. Он знал, что дракон, с которым предстояло сразиться, невероятно силен, но точно так же он твердо верил: ничто не остановит чистого сердцем. И абсолютно наплевать было, что Байрон умер, как настоящий рок-н-ролльщик семидесятых: он был еще молод, но успел наиграться с наркотиками и выпивкой, успел стать знаменитым, а потом точно так же быстро был забыт – и умер в пустой квартире, когда его внезапно настиг сердечный приступ.

«И пока катятся час за часом, некому здесь будет увидеть, как я плачу, – некому, кроме восхода, кроме восхода и тебя».

Да, кстати… Снайпер обвел комнату взглядом.