Время Странника. Хроника Гирода

Роксана, что ты тут делаешь?!

– Ох, Кайс, не шуми, – довольно ответила магичка и потянулась. – Что тебя не устраивает?

– Не нужно было этого делать. Это опасно для всех нас.

– Грубо, милорд, – обиделась Роксана и начала вставать с кровати.

Ее груди были как у статуи нимфы – с них нельзя было свести глаз, но Кайс отвернулся и не стал смотреть, а напротив, встал с кровати, взял одежду и пошел к двери на выход. На нем уже были надеты подштанники, но в данном случае его сейчас волновала больше дурная голова.

– Не переживай, Кайс, – поцеловала его в щеку чародейка. – Просто я проводила тебя до комнаты, да и самой идти было, как сказать-то, трудновато. Вот я и решила переночевать у тебя. Ничего не было, а я привыкла спать обнаженной.

Ловкач посмотрел на нее, отвернулся, когда его взгляд упал на округлости и произнес:

– Если бы Ганс это видел, он бы не так все понял.

– Ошибаешься, Ловкач, – рассмеялась Роксана. – Он полностью в иллюзии любви. Бредит настолько, что слепнет. Мне кажется, нам стоит попробовать хоть разок…

– Прости, Рокси, – Кайс начал одеваться, продолжая отводить от нее взгляд, – но ты знаешь, что между нами граница.

Сколько раз ты уже так пробовала? И спаивала, и завораживала. Один раз чуть не воспользовалась моим горем.

Поцелуй. Кайс сам поцеловал Роксану, именно так, как она мечтала всю свою жизнь: горячо, страстно, с желанным продолжением… но Кайс вовремя остановился. Больше таких слабостей к ней он не проявлял.

– Ганса я уважаю. Это неправильно.

И наша связь… невозможна. Ты все прекрасно знаешь.

Кайс вышел из комнаты и направился к лестнице.

Лицо Роксаны изменилось в тот же миг. Теперь ее хорошее настроение сменилось злостью.

– Что ты нашел в ней, кретин?! Ваша связь еще более невозможна!

Чародейка проявила слабость и пустила слезы. Вот только эту слабость она позволяла, когда была наедине. И всегда из-за одного человека. Эту слабость никто никогда не видел.

Кавалерия собиралась двинуться домой и поэтому запасалась продуктами.

Кто-то из солдат целовался на прощание с девушкой и обещал, что скоро вернется и заберет с собой. Кто-то похмелялся, один из солдат раскачивал зуб – боевое ранение, полученное в таверне «Спящая жаба». Несмотря на приятный вечер, у всех настрой был так же плох, как и погода. Особенно испортилось настроение у трактирщика, узнав, что имперцы уезжают назад, а значит, новых клиентов, вряд ли дождешься.

В карету села Роксана, угрюмая, как никогда раньше.