Любовь, смерть – слова излишни!

– А почему ты о нём продолжаешь говорить мягких и радостным тоном? – обратила внимание Абрикосова.

Прозвеневший звонок не дал услышать ответ на данный вопрос – Настасья и Майя учились в параллельных классах, уроки в противоположных крылах здания школы. На кратковременное прощанье Абрикосова сказала, что у стоявшего на крыльце человека в облачении чумного доктора широкополая черная шляпа до степени смешения напоминает шляпу покойного Павла. Настасья бросилась к окну искать его, но на крыльце уже никого не было.

“Вот тебе и декабрём задекабрило…” – буркнула себе под нос Настасья и пошла на последний урок. Все начальные классы уже были по домам, либо на дополнительных бесплатных секциях. Утренний ветер на улице уже стих, уступая место полуденному майскому зною. Часы в школьном коридоре все еще показывали полдень, хотя наручные часы Настасьи показывали двенадцать десять дня. Все-таки хронографические приборы в этой школе не предмет первой необходимости, а роскошь, которая – хвала Генконструктору! – позволяется.

Глава вторая

Погрязшему в долгах даруй прощенье,

Погибшему в грехах пошли спасенье.

(из Книги скорбных песнопений, гл. 2, ч. 2)

Последним уроком у Настасьи и Майи был иностранный язык. Данная дисциплина предусматривала изучение языков на выбор самого ученика. В городе за ведущими средними школами распределение языков было следующим: помимо обязательного к изучению английского языка (городское руководство утопически лелеяло о полном переходе на билингвистическое школьное обучение) в Первой классической гимназии ученики могут изучать французский, немецкий и арабский языки, Третья средняя школа, выпускником которой был покойный Павел Ромашков, – немецкий, японский, арабский и персидский, Девятая средняя – испанский и итальянский, Двенадцатая средняя – китайский, турецкий и японский, Шестнадцатая средняя – финский, шведский и португальский.

Четвёртая же школа предлагает детям в основном немецкий язык. Много специалистов по германской истории и германской культуре выпустилось в своё время из легендарной “четверки”. Также в меньшей степени школьной программой предлагались японский и корейский языки. Майя учит корейский, Настасья – японский. Особенно нравится ей читать японскую литературу в подлиннике. Не только всемирно известные хайку Басё, но и прозу ХХ века.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».