Птица огня

Как взбесившаяся львица она носилась по всему кабаку под многоголосые вопли, да с такой скоростью, что не успевал музыкант найти ее взглядом в одном углу, как она уже драла кого-то в другом.

– От меня что-то отвалилось! – взвизгнул стражник, ощупывая свое тело.

Девушка набросилась на него (в который раз), сбила коленом и помчалась к следующей жертве. Пержо попытался привстать – ему пока досталось меньше всех.

– Чей-то там катится? Мужики, там чьи-то яйца покатились!

– Машо, то твои, наверное. Ой! Отстань!

Музыкант вжался в стену, но тщетно – девушка заметила движение и бросилась на него со скоростью стрелы.

Но все равно не успела. Из кухни выскочил упитанный повар и сходу сбил дикарку на лету сковородкой. Она не взвизгнула. Вообще не издала никакого звука, но, пробив стекло, вылетела из кабака и с грохотом закувыркалась по земле где-то там снаружи. Стоило Сардану подумать, что бойня закончена, как мимо него сквозь окно ворвалась чья-то рычащая фигура. Повар взмахнул сковородкой второй раз, и рычащая фигура второй раз улетела на улицу. Этот весомый аргумент оказался последним.

Повар покинул кабак и хлопнул дверью. Из-под завалов неспешно выбирались жертвы погрома. Кого-то вытягивали из обломков за руки. Потом собрались, отряхнулись и отправились в соседний кабак.

Сардан напялил на спину ящик с инструментами и тоже поспешил куда-нибудь. Он подумал, что повар может вернуться и потребовать плату за холодную кашу у него на лице. А сковородка способна перебить самые разумные доводы.

Он вышел из дверей и, сворачивая за угол, услышал:

– Четвертый раз уже! Ты вконец озверела, что ли, святые боги?! Четвертый раз! Ашаяти, за неделю – четвертый раз! Тебя надо в клетке со зверьми держать, ты совсем поехала? Вообще?!

Сардан заторопился, сбежал по разбитой лесенке мимо какого-то старинного храма и вышел было на параллельную торговую улочку, но неожиданно почувствовал, что идти стало тяжелее. Настолько тяжелее, что он и шага ступить не мог, а потом и вовсе его потянуло назад.

Он обернулся. Позади стояла та самая бешеная служанка из таверны и держала его за ручку ящика. Она опустила голову, скривила плаксиво губы и казалась вновь той маленькой, хрупкой девчонкой, какой он увидел ее впервые. Разве что красная ленточка в волосах совсем скосилась и разорвалась.

– Меня уволили, – сказала она почти шепотом.

– Как жаль, – растерялся Сардан.

– Из-за вас, – добавила девушка.

– Из-за меня? – удивился Сардан.

– Из-за вас.