Механическое чудо

Не ожидал, никак не ожидал… занимать перед финалом место во второй сотне… сотне! – и победить? Невозможно! А где же корифеи… первая десятка – где?

Зал недоумевал вместе с ним, провожая пробиравшегося с задних рядов к сцене учёного недовольным перешёптыванием. Неизвестный выскочка сорвал главный куш! Неслыханно!

– Благодарю Высокое Жюри за оказанное доверие, победу посвящаю жене и дочери, главным помощникам, – всего-то и выдавил в микрофон победитель.

Мёртвая тишина была ему ответом.

Ах, так! Не нравится? Петров усмехнулся, прищурился и, расправив плечи, гордо прошествовал за кулисы.

Его долговязая фигура смотрится мелко на внушительных размеров сцене, – подумалось почему-то. Столь же мелким – несерьёзным, ошибочным! – представлялось решение Жюри.

Слов председателя – что на этом всё, награждённых больше не будет – Петров не услышал. Последовавший свист и улюлюканье принял на свой счёт и, окончательно разобидевшись, покинул дворец. Направился в Центр, где и проходило, собственно, соревнование.

В мозгу будто дрель бесилась, высверливая разум, ещё немного – и черепушка расколется. Достаточно! Прочь эмоции!

Непривычная тишина в вечно гудящем Центре насторожила, но не испугала. Охранники на всех подряд постах вытягивались и почтительно расступались, пропуская.

А вот и «пыточная» – так окрестили участники терминал, где проходил Финал.

Бронированные двери распахнулись, он вошёл и… окаменел.

На полу вповалку валялись расплавленные ошмётки, причудливо изогнутая арматура, вывернутые наизнанку оболочки.

Останки Вселенных, словно хлам на чердаке.

И лишь в центре на постаменте высился Шар, сохранивший форму. Ваня?

Накатила слабость. Бледный, на подгибающихся ногах Петров поковылял вперёд. Скрежещущий хруст под ногами рвал сердце. И неважно, что Шары, по большому счёту, были игрушками – полное ощущение, что шёл по трупам.

Да, это он – сын. Вгляделся.

Внезапно уловил слабую пульсацию. Жив? Бог мой, жив! Коснулся оболочки. Шар отозвался, мигнув оранжевым всполохом.

Узнал! – апельсиновый оттенок выдавался персонально ему, создателю.

– Что они с тобой… кретины… Выстоял, а! – чуткие пальцы, оглаживая, ощупывали выходные клапаны.

Ранение средней тяжести, выражаясь фигурально.

Его пацанчик победил… Нет, не так. Его пацанчик выжил, потому и победил. Ванька-встанька опять поднялся.

Но зачем победа такой страшной ценой?

Что за монстра выпустили садисты-юмористы? Батя узнает, изучив записи в стеке. Позже.