Я буду жить вечно!

Я буду жить вечно!

Кирилл Анатольевич Долгополов

История о физике ядерщике-Мироне Долове, который попадает в тюрьму «Черный дельфин» из-за жестокого убийства коллеги и в заключении он начинает проживать свои прошлые жизни. Материя смертна, дух вечен.

Кирилл Долгополов

Я буду жить вечно!

Глава 1

Почему блатные песни любят на Руси?

Вам любой из нас ответит, только лишь спроси.

Полстраны сидело, полстраны ждало

Ярость без предела, ненависть и зло.

    В. Токарев

Всем привет, я Мирон Долов, физик-ядерщик. Моя жизнь всегда была интересна.

Три дня назад я порезал от уха до уха коллегу розочкой из колбы из-за своей ярости, и знайте – я был счастлив в этот момент. Я всё понимал, понимал, что за свой поступок понесу наказание, но по-другому поступить не мог. И вот встречай меня, новая глава моей жизни – тюрьма «Чёрный дельфин», самая жёсткая тюрьма в стране.

Из-за учёной степени и работы на правительство начало моей тюремной жизни было благополучным.

Работал я библиотеке «Дельфина». Я продолжал тренировать свой мозг и свое сознание, тишина и книги были моими самыми близкими друзьями, но в один из дней я начал приближаться к разрыву этой дружбы.

– Федор! – окликнул я охранника. – Книги устарели, пора обновить каталог, не хватает классиков. Хочется больше Маяковского, учебников по физике, химии. Для улучшения состояния заключённых неплохо было бы иметь книги по психологии и, может, что-то типа оригами, чтобы заключенные могли занимать своё время поделками из бумаги.

И ещё, Федор, тебе бы похудеть, мне кажется, твой лишний вес мешает тебе работать.

– Ты что, пёс! Будешь меня учить, как мне работать?

– Именно это я и делаю, отведи меня лучше к начальнику тюрьмы, с тобой, пустоголовым, я ничего не решу.

Вечером я попал в кабинет начальнику тюрьмы, его звали Аркадий. Он был высоким худым мужчиной где-то 35 лет. Его узкое лицо с маленькими глазками источало злобу.

Говорят, он удачно женился, поэтому добился этой должности. Видно, что в детстве его шпыняли и унижали, а сейчас он отрывается на людях.

Аркадий разговаривал со мной по-дружески.

– Мирон, ты зачем раздражаешь общественность? Ты сидишь в хорошей хате, работаешь, получаешь какую-то зарплату, у тебя есть возможности. Слушать я тебя не хочу, ещё одно замечание – и хорошее отношение закончится.