Окно в доме напротив

Буханье дверей, чей-то голос, произнесший мою фамилию и сообщивший, что «он еще там». Хлопнула входная дверь «меблирашки», с лестницы едва слышно доносились шарканье многочисленных поднимавшихся ног. Все затихло на нашем этаже. Но на улице возня еще продолжалась, судя по выкрикам, перед окном растягивали брезент.

Молодой человек присел на краешек подоконника и сообщил мне:

– Быстро добрались. Придется говорить в их присутствии. Надеюсь, своей возней они не помешают.

Кажется, он совсем забыл о своих первоначальных намерениях.

Повернувшись ко мне, молодой человек произнес, задумчиво покачивая револьвером:

– Знаете, перед тем, как я назову вам время и место, я хотел бы сделать вот еще что. Я напомню вам кое-что из вашей жизни, и после мы оба бросим наш металлический хлам вон в тот угол, – он указал дулом в сторону узкой кровати. Я было дернулся, но револьвер оказался тотчас же направленным на меня. – Так как, капитан?

Не представляю, откуда ему стало известно о револьвере.

Если не предположить только, что он слышал мой с патрульным разговор на лестнице. И все же ощущение на редкость неприятное, точно он видел меня насквозь. Я кивнул:

– Извольте.

Нет, одним из моих «знакомых» по работе он вряд ли был. Если только не пластическая операция. Но лицо узнать совершенно невозможно.

– Очень хорошо. Отравимся в прошлое. Недалеко, всего-то на тридцать шесть лет. И ходить-то далеко не надо, все случившееся произошло в доме номер шесть по Аптекарскому переулку, в квартире… может, номер квартиры вы скажете сами?

Я молчал.

– Не хотите, как хотите. Номер сорок три, это на последнем, пятом этаже дома. Подле входной двери в квартиру – лестница на чердак. Обычно люк был лишен замка, и потому долгое время чердак был тайным убежищем вашего старшего брата, а, затем, и вашей тайной. Вам тогда было семь лет, нет, еще шесть, когда вы впервые побывали в его «апартаментах», уж так получилось, что вместе с матерью: она догадалась о месте пребывания вашего старшего брата….

Молодой человек снова замолчал, затем заговорщицки улыбнулся и, посматривая то в окно, то на меня, продолжил:

– Конечно, речь у нас пойдет не об этом случае. Я использую его лишь для того, чтобы вы прониклись доверием к последующим моим словам. Впрочем, по вашему лицу я вижу, что вы не собираетесь мне возражать.

Я с трудом взял себя в руки.

– Не собираюсь. Хотел бы я только знать, от кого вам все это стало известно.