Свои и чужие

– Пошёл ты!

Я отпил Петровского коктейля из согретого в термосе кофе с коньяком. Вкус был специфический, но я вроде слегка взбодрился.

– Так вот, – продолжил я. – Всё-таки, странно, Петров. Вы когда с лейтенантом начали спорить, я, показалось…

Договорить я не успел. У Петрова в недрах пальто настойчиво запиликал телефон.

– Да, Пал Борисыч! – мельком взглянув на экранчик, гаркнул он. – Да, конечно… Да… Что?! Но мы же… Понял. Понял, так точно. Едем!

Он спрятал телефон и посмотрел на меня.

Щёки его налились взволнованным румянцем.

– Прошляпили, – сказал он. – Заводи тачилу и гони к городу. Давай!

Выкручивая руль, я отчётливо вспомнил, что увидел там, в «Ниве», в зеркале заднего вида.

С заднего сиденья (пустого сиденья) на меня посмотрели чьи-то влажные тёмные глаза, полные глухой сосущей тоски.

И тотчас пропало всё, как не бывало.

***

«Нива» стояла перед железнодорожным переездом. Рядом милицейский «уазик» и двое в форме.

Один сидел на капоте, свесив ноги, спрятав лицо в ладони. Второй стоял рядом, держа под прицелом автомата давешнего усатого дядьку. Дядька стоял перед «Нивой» широко расставив ноги и положив руки на крышу машины. В мелкой дождливой мороси эти трое казались застывшей скульптурной композицией.

– Ешкин ты кот! – сказал Петров досадливо.

Я затормозил, мы выскочили из машины.

– Какого рожна, я тебя спрашиваю! – утвердительно сказал Петров, раскрывая перед носом у автоматчика красную книжечку.

Автоматчик двинул кадыком и приподнял редкие брови на уровень козырька фуражки.

– Убрать оружие, я кому сказал? – потребовал Петров, потрясая перебинтованной клешней.

Автоматчик повиновался.

– Что за тело? – Петров кивнул на сержанта, сидящего свесив ноги.

Сержант оторвал руки от лица, шумно икнул и сказал:

– Ох, мужики, что хотите со мной делайте…

– Сделаем! – пообещал я.

– Что хотите, но я такого… Ну екараный бабай, я это… того… а оно… это… как дёрнет! И в кусты!!!

При звуках собственного голоса он приободрился, соскочил на землю и, дыша перегаром, заголосил, указывая пальцем на водителя «Нивы»:

– Но этого говнюка мы задержали!!!

Мы с Петровым переглянулись.

– Гражданин, свободны, – сказал Петров ласково. – Можете ехать.

Усатый убрал руки с машины, с ненавистью поглядел сначала на милиционеров, потом на нас, и сел в машину.