Свои и чужие

Мы прекрасно помнили собственный урок покорителей бескрайних лесов, великой сельвы, степей и островов: никто из более слабых народов не останется безнаказанным за свое существование перед колонизаторами, неважно с какой целью и откуда пришли они, какому богу поклонялись и на каком языке говорили. Станет неважным и для нас, если сюда заявятся сверхразумные существа, квинтэссенцией которых стали воплощенные гением Уэллса марсиане – бездушные создания, чьими повадками полностью завладел разум, вознамерившийся править не только на их планете, но и на всех соседних.

И после его эпохального произведения люди еще долго терзались подобными мыслями, варьируя истории то так, то эдак.

Интересно проследить за подобными извивами. Если в конце девятнадцатого или начале двадцатого века писатели были настроены весьма скептически в отношении всякого пришельца, которого они обязывали становиться враждебным в отношении человечества, то в дальнейшем история изменилась. После Второй мировой, войны чудовищной, отнявшей немыслимые миллионы жизней, в истории о пришельцах возродились совсем иначе, теперь в них оказалось куда больше гуманистического настроя, и куда меньше милитаристского, Хайнлайн против Брэдбери, Андерсона, Саймака, Азимова и многих других.

А после запуска первых спутников, к ним добавились и нотки времен освоения Мезоамерики: истории не просто контакта, но сотрудничества, конкуренции, самого разного рода общения с многочисленными представителями иных миров, до которых, как тогда думалось, всего ничего и по времени и в пространстве.

Со временем бум освоения космоса начинал угасать, все меньше исследовательских станций запускалось в иные миры, ну а про соседку-Луну ведущие космические державы, казалось, и вовсе запамятовали. С течением десятилетий менялась и пришельческие истории, став более утилитарными, земными, обычными, что ли. Возможно, подобный настрой продолжался и далее, но все поменялось, когда космос стал ареной битв уже не стран, но фирм.

А теперь и космонавтов-любителей, на свои кровные или спонсорские деньги строящие в гаражах, из подручных материалов нечто, что однажды полетит на орбиту. У кого-то это даже получалось. Неудивительно, что подобные сообщения снова разогрели писательские умы, вернув их в горячку шестидесятых, думается, еще полстолетия вперед, и мы станем свидетелями такого же любительского освоения Луны, коли переселенцам разрешат осваивать сателлит, конечно.