Свои и чужие

Всё, пришло его время собираться в дом престарелых. Он наметил себе срок: когда будет невмоготу варить макароны и жарить омлеты (всё, на что хватало его кулинарных способностей), он отправится туда на дожитие. Он охал и оглядывался по сторонам: всю его жизнь отнесут на свалку – старую мебель, герань на подоконниках, посуду и книги. Кто теперь читает собрания сочинений, которые он бережно выкупал по подписке «Огонька»? Кому нужна зеленая лампа, как у Ильича? А бесчисленные стопки старинных писем и открыток от родственников покойной Верушечки, его славной и общительной жены?

– Ох и ох, – простонал Степан Егорович и сам почувствовал, что вышло громко.

Смеркалось, сквозь пыльный тюль проникли лучи дворовых фонарей. Степан Егорович дремал в кресле. Подстаканник с побуревшим от крепкой заварки стаканом он сжимал в руке, у ног раззявил свою пасть зеленый дерматиновый чемодан, походивший на беззубого крокодила. Старик утомился складывать пожитки для переезда.

– Это вы стонали? – услышал он сквозь сон незнакомый голос. Степан Егорович приоткрыл один глаз. На стопке вещей сидело лысое, лупоглазое чудище. Мелкое, с кривыми зубками.

– Вот те на! – протянул старик, мотая головой спросонья. – Пришла моя амба.

– Я не амба, – возразило чудище, – я – коренблит.

– Да я не о тебе, – с кряхтеньем ответил ему старик, – это мне амба пришла. Альцгеймер накрыл или маразм, не знаю, что там нынче врачи диагностируют.

Коренблит встряхнулся, совершил несколько странных пассов, постепенно превращаясь в крупного кота.

– Так лучше? – осведомился он.

Степан Егорович кивнул и посмотрел на стену. На старой фотографии Верушечка обнимала кота Ваську, серого, пушистого. Совсем такого же.

– Это вы стонали? – коренблит стал тщательно вылизываться и отряхиваться. Покончив с туалетом, он по-хозяйски прошелся по комнате, заглядывая во все углы и шкафы. Не оставил внимания и холодильник: – Почему вы страдаете? Такая крупная, самостоятельная особь, в теплом жилище… Есть и питание, и одежда от холода.

Степан Егорович развеселился:

– Ты откуда взялся?

– С Антаракса-919. У меня миссия.

– Какая? – всё еще улыбался Степан Егорович.

– Мы, коренблиты, несем радость, заботу и освобождение. Я у вас поживу недолго, – не спрашивая, а утверждая, сообщил старику кот, – мне надо сведения собрать и передать.