Свои и чужие

Он отвлекся от других дел, загрузив оба полушария своего мозга, и потому не слышал других сигналов.

Через три часа, будучи вымотанным до предела, Маас проанализировал все пропущенные сообщения. Погибло еще четверо коренблитов. Северный олень из Нерюнгри, тихоокеанская нерпа, кареглазая мексиканская школьница, бродячий пес из пригорода Лос-Анджелеса… Маас устал считать потери и послал сигнал оставшимся двенадцати разведчикам о немедленном возвращении на корабль.

***

– Мне пора, человек.

– Ты больше не вернешься? – разочарованно спросил старик.

– Нет, мы будем искать себе новое прибежище.

– А что стало с вашей планетой? – замер Степан Егорович в ожидании длинной истории о ядерном взрыве либо о страшной эпидемии.

– Погасло наше солнце. Наверное, оно устало светить.

– Я думал, что ответ будет более… научным, – разочарованно протянул Степан Егорович, покачиваясь в старом кресле. Он был расстроен, рано или поздно его покидали все, к кому он успел привязаться.

– Я – не ученый, я – разведчик и немного поэт, – сказал немного смущенно коренблит.

– Почему же ты уходишь? Ты же можешь остаться? – неумело попросил котенка старик.

– Нет, у всех коренблитов одна судьба, мы должны быть вместе.

– А как тебя зовут? – спросил Степан Егорович, хотя это не имело ни малейшего значения.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.