Все оттенки черного

Каждые пять часов поднимал он гирю старых ходиков, дабы те не остановились. «Если ходики остановятся, – сказал ему когда-то дядя, – этого мира больше не будет».

Дядя завещал человеку большой дом, солидный счет в самом надежном банке и эту самую миссию – каждые пять часов поднимать гирю старых ходиков.

Так прошли долгие годы и десятилетия. В перерывах между поднятием гири человек спал, ходил в магазин, иногда в банк, и еще реже принимал гостей. У человека не было друзей. Родственники тоже редко наведывались к нему.

Да и как могло быть иначе у господина со столь ответственной миссией?

Ходики немножко спешили. Человек не подводил их. Три раза в год круг замыкался, ходики вновь показывали точное время, и тогда человек устраивал себе небольшой праздник, и даже пропускал стаканчик-другой виски. Но не больше. Потому что ровно через пять часов ему предстояло поднимать гирю.

Но однажды человек проспал. Просто проспал. Упало ли атмосферное давление, разыгрались ли магнитные бури на Солнце, не суть важно, но гиря ходиков опустилась на пол, и они остановились.

Проснувшись человек не знал, что и думать. Он попытался вновь завести ходики, но что-то сломалось в старом механизме, и они больше не хотели идти.

С горя человек опустошил бутылку виски и уснул. Во сне к нему явился призрак дяди.

«Тот мир, который надо было хранить, – сказал призрак, – больше не существует. Но природа не терпит пустоты, и теперь ты живешь в другом мире.

И в этом другом мире ты уже не хранитель, а просто старый дурак, бездарно потративший жизнь, поверив в бредни другого старого дурака».

Игорь Книга. Сила веры

Хвала и слава Господу нашему, не покинувшему в беде детей своих.

Не оставившему милостью и не отдавшему на растерзание чудовищу.

Олав «Напутственная молитва»

Погожим августовским утром в лето от Рождества Христова 13**, когда крестьяне только-только привезли на рынок Арториуса сыр и свежее молоко, во дворе замка толпился пёстрый военный люд.

Лучшие рыцари, копейщики и лучники откликнулись на зов Всемилостивейшего герцога нашего Уильяма Торстейна, чтобы поймать и посадить на цепь Чёрного дракона, наводящего ужас на деревни, пожирающего скот и сжигающего пламенем из чрева своего посевы ячменя и пшеницы. До сегодняшнего дня Его Светлость не мог заняться этим важнейшим походом, потому как дела вынуждали ездить в столицу по монаршему зову.