Цена возвращения

Нет, правда, найдется ли хоть одна женщина, не желающая кружить мужские головы в самом блистательном дворце мира?

Как оказалось, одна такая нашлась. И теперь покинуть Галлию, не познакомившись с ней, было бы обидно.

Уже в коридоре, на подходе к комнате мадам де Камбре, она услышала голоса. Разговаривали, нет, скорее весело болтали, двое. Женщина, очевидно, виконтесса, и… ну да, младший братик. Филипп. Граф де Бомон. Причем называли друг друга по именам! Хотя… точно! Отец виконтессы возглавлял клиссонскую академию, где учился Филипп.

Они запросто могли быть знакомы. Сколько ей тогда было? Лет десять? Если не меньше. Тогда все верно, можно разговаривать и вот так, наплевав на условности.

Что же, раз так, то и мы наплюем. Кто нам запретит?

И графиня открыла дверь, даже не подумав постучаться.

Очень интересно. Больная, которой полагается лежать бледной, тихой, максимум – тихо постанывать, раскраснелась, глаза блестят. Уселась на кровати, положив подушку перед собой, уперлась в нее локтями.

Плохо ей, куда уж хуже!

Но надо же сыграть гостеприимную и заботливую хозяйку.

– Как вы себя чувствуете, виконтесса? Надеюсь, лучше.

– Просто отлично! Филипп, позволь мне одеться.

И, дождавшись, когда мужчина вышел, легко встала, почти вскочила с кровати и по-мужски протянула руку.

– Меня Сусанна зовут, рада познакомиться. Жан много рассказывал о вас.

Пришлось протягивать руку в ответ.

– Адель. Интересно, что же именно он рассказывал?

– О, многое. О вашем путешествии из Тулузы в Амьен и из Амьена в Париж.

О ваших воспитанницах. Кстати, все они уже выросли и неплохо устроились, Жан внимательно следит за их судьбой.

Графиня смутилась. Об этих девочках, в судьбе которых она в свое время приняла самое серьезное участие, после отъезда из Амьена даже не вспоминала. Правда, к тому времени те стали почти взрослыми, но именно что почти. А Жан, значит, не забыл. Наверняка как-то помогал, но в своем стиле, не выходя на первый план.

Стоп! Да ведь и сегодняшний случай с беременной женой тоже наверняка его придумка.

Проверим.

– Я правильно понимаю, что никакого обморока в церкви не было?

– Абсолютно. – Виконтесса даже не попыталась изобразить смущение. – Нам действительно надо поговорить. Жан хотел бы лично, но вы же понимаете…

– Боится за карьеру, разумеется?

– Зря вы так, – обиженным тоном ответила Сусанна, ловко самостоятельно надевая платье. – Ему и вправду следует опасаться королевского гнева.