Цена возвращения

– Об этом мне ничего сказано не было, но вас ждут через полчаса, – по-прежнему предельно вежливо ответил посланник, позволив себе лишь намек на улыбку от вида изгвазданного в пыли, растрепанного и взъерошенного пятнадцатилетнего мальчишки. – До посольства идти минут десять. Постарайтесь успеть привести себя в порядок.

Что делать? Благо курьеру роскошная одежда не положена. А имеющаяся… Ну, надо бы ее почистить-погладить, но, в принципе, сойдет. Вот только волосы… эх…

Через полчаса в огромный и светлый даже в лучах заходящего солнца, богато обставленный кабинет вошел типичный небогатый дворянин, каких много моталось по матушке-Европе в поисках приключений.

Точнее – денег, которые за эти приключения платили.

Дешевая, но редкая в Лондоне куртка на собачьем меху, приметная шляпа с красным пером непонятной птицы, может быть, даже петуха, и плохонькая шпажонка, вряд ли способная выручить в серьезной схватке. Портрет дополняли штаны из грубой ткани, заправленные в заляпанные грязью короткие ботфорты.

– Здравствуйте, ваше сиятельство! – вошедший вскинул руку в четком воинском приветствии.

– Де… как там вас… – хозяин кабинета брезгливо скривил губы, отмахнулся и бросил взгляд на какую-то лежавшую на столе бумагу, – да, де Фле, новый курьер. Вы знаете, что все курьеры посольства подчиняются мне?

Гость смущенно потупился, очевидно обескураженный подобным приемом.

– Вообще-то в Париже мне было сказано, что я поступаю в подчинение к его милости…

– Да мне плевать, что тебе было сказано в Париже.

Здесь Лондон! – Хозяин кабинета, высокорослый красавец лет сорока пяти, с орлиным носом и густой иссиня-черной шевелюрой, хлопнул крепкой ладонью по дубовому столу. – Ты что себе возомнил?

И, не пошевелив даже пальцем, заклятьем отправил в полет лежавшую на столе чернильницу.

Гость вскинул руку и ловко, словно жонглер в цирке, буквально вынул ее из воздуха, умудрившись не пролить и капли чернил.

– Ловко. Однако магии в тебе нет ни капли. За сколько дворянство купил?

– Вас интересуют расценки? – Де Фле не к месту улыбнулся.

– Что?! Никак здесь кто-то иронизировать вздумал?!

Господин первый секретарь скрипнул зубами. Господин первый секретарь побагровел, господин первый секретарь сжал крепкие кулаки.

Потом бросил взгляд на все еще стоявшего в дверях посланника и даже не жестом – взглядом приказал убираться. Того как ветром сдуло. Лишь аккуратно прикрыл снаружи массивную дверь высокого кабинета.

И все тут же изменилось.