Цена возвращения

А вот поймать ентого негодяя – не, на это они и вовсе неспособные!

Как уж тот злыдень выбирает своих жертв, никто в городе понять не может. То на богатого купца нападет, то на вечно безденежного студента, а то и вовсе, говорят, вчерась ажно два офицера на него напоролись. И остались без денег, да и без жизней заодно. Этот Черный Валет-то, он мужчина основательный, живых свидетелей не оставляет, ага. Зато карту оставляет. Как кого порешит, так и пожалуйста, прям на убиенного пикового вальта и ложит, отсюда и прозвище.

Де Фле усмехнулся. Все знакомо. Такие слухи, они обычные в более-менее крупных городах, а уж по Лондону им сам бог велел бродить, и именно среди такой вот публики – не слишком умной, зато гораздой чесать языками. Нет, ну подумали бы: если свидетелей живых нет, то откуда приметы? Рост, черный плащ… Покойники, что ли, его описали? А кто сказал, что вообще это все один человек? Двух офицеров порешивший, которые наверняка при шпагах были.

Ерунда. В большом городе преступников полно, а уж в таком, как Лондон, и подавно. Но нет, горожан хлебом не корми, дай очередную байку о неуловимом бандите послушать.

– А с недавних пор и вовсе обнаглел – стал по домам лазать, – вновь донесся гнусавый голос кого-то из посетителей. – Ну тут, ясно, только по богатым домам. Порешит всех подряд – что старых, что малых, что хозяев, что слуг – и исчезает. Вчерась, опять же, вот прям неподалеку семью Клэптонов под корень вырезал.

Оп-па, это уже интересно, это может пригодиться.

А трактирщик-то, трактирщик ведь наверняка неглупый человек, так тоже прислушивается, головой качает, даже причмокивает от усердия пухлыми губами. А что? Это повод познакомиться поближе – эта публика, трактирщики, она порой полезной бывает.

– Любезный, сколько с меня? – с тем же ужасным акцентом, безбожно коверкая слова, спросил де Фле.

– Два цента, ваша милость, – круглое лицо собеседника расплылось в самой угодливой улыбке.

– Держи. А что, любезный, я слышать о Черный Валет. Такой он опасный? Надо бояться?

– Да ерунда это все, – трактирщик только рукой махнул. Но задержал взгляд на кошельке клиента, не слишком тугом, но и не тощем.