Цена возвращения

– Молодой человек, я категорически настаиваю на вашем подобающем поведении в моем доме. Вы снимаете комнату в добропорядочном квартале, где не терпят праздных гулянок и легкомысленных визгов распутных девиц. Здесь ценится репутация жильцов. Я вдова, мой муж служил боцманом на «Чайной розе», мои сыновья были матросами на этом славном корабле. Мои дочери замужем за достойными моряками. Я вас прошу, – она сделала акцент на слове «прошу», отчего оно прозвучало как «требую», – вести себя достойно. Во всяком случае, здесь.

«Чайная роза» – это название было известно на обоих берегах Ла-Манша. Флейт Островной империи, потопленный в прошлом году. Пиратский корабль, бесчинствовавший на северном побережье Галлии. Ни один человек с судов, попавших под его атаку, не вернулся домой. Впрочем, на корабли островитян и их союзников «Чайная роза» никогда не нападала.

Видимо, поэтому те пираты здесь считаются добропорядочными господами. И это следует учитывать.

– Не беспокойтесь, миссис Клэптон.

Я сын серьезного купца. Хочу открыть в Лондоне свое дело, поэтому репутация важна и для меня. Вообще, я буду много разъезжать и редко останавливаться в вашем доме. Вам повезло с постояльцем. – И молодой Юбер улыбнулся. Широко, искренне. Так, что и хозяйка не смогла не улыбнуться в ответ. Может быть, впервые за долгие месяцы.

Резиденция контрразведки Островной империи

– Итак, он все-таки возвратился в посольство. А послание передал?

– Да, мой господин.

Мы проверили. Щенок появился у адресата ровно в полдень, передал письмо господину барону лично и сразу отправился назад. По дороге заходил лишь к себе домой на двадцать шесть минут. Потом прямиком в посольство, где и оставался до вечера.

– Так что ничего особенного он сделать не успел. Сколько времени его не было под нашим контролем? Пару часов? Нестрашно, скорее всего – обычное разгильдяйство ваших людей.

– Они за это наказаны, господин барон, можете не сомневаться.

– Ну и хорошо.

А это… – господин средних лет взял в руку сводку наружного наблюдения, – подождем докладывать. Пока, по крайней мере.

* * *

На следующий день Щенок, как контрразведчики называли между собой де Фле, очередного адресата не нашел и ни с чем вернулся в посольство.

Агент Сойка, работавшая в канцелярии галлийского посольства, сообщила, что Щенка вызвал к себе сам господин первый секретарь. Грандиозный разнос был слышен во всем посольстве.