Черная Земля

Парень хмурился, девушка вертела головой. Народу внутри – всего несколько человек. Гм… кто ж тогда будет нашим капитаном? Я подошел к стойке.

– Э-э… здрасьте, – поприветствовал я трактирщика.

– Чего тебе?

Пожилой, вполне возможно, за сотню, но не выглядящий стариком трактирщик имел обветренное лицо и твердый металлический голос. Старый моряк?

– Отсюда можно сесть на корабль в Серединное? – я начал с Кессиного вопроса, он вызывал меньше подозрений.

– Сесть? Можно… если придет.

– Скоро ждете?

– Последний был лет шесть назад, так что со дня на день.

Вредный дед, чем-то Ирвина напоминает…

– А нанять судно можно? – спросил я.

– До Серединного? – уточнил дед.

– До ближайшего болота.

– На пристанях поспрашивай, – трактирщик пожал плечами. – А если тебе на другой берег надо… то здесь-то как раз нечего ловить. К Оломе двигай.

– Спасибо…

В точности как я думал.

– И знаешь что еще? – Хозяин «Помутненных завихрений» приблизил ко мне изрезанное морщинами лицо. – Ты читать умеешь?

– Умею, – недоуменно ответил я.

– Почитай объявление на двери, – не отводя взгляда, произнес он, – и не откладывай с этим.

Я вышел за дверь… всего на секунду, затем вернулся.

– Мик, Кесса, – позвал я с порога. Сразу впомнилось, что из трактира какой-то мужик вышел, едва мы вошли. Тогда я не обратил внимания. Может, он просто в туалет захотел или воздухом подышать?

– В чем дело?

Не прекращая озираться по сторонам, я указал на стену. С минуту они молчали, разглядывая.

– Это ж я! – воскликнул Мик, почему-то обрадовавшись. – И ты, Кай, и Кесса…

Он хихикнул. От того же я удержался с трудом. Если мужские лица у неизвестного художника получились неплохо, то вот женское…

– Что?! – возмутилась девушка. – И эта чувырла – я?!!

Широко раскрытые то ли в ужасе, то ли в удивлении глаза, стекшая в область носа правая бровь, губы не «бантиком», а в лучшем случае «граблями», впалые щеки, и главное – пасть: кривая, клыкастая, страшная. Наверное, именно так вблизи выглядит оборотень…

Длина волос правильная.

Все три портрета висели рядом. По пути из Туалона с легионерами мы «общались» втроем, так что, судя по всему, метательницу ножей уже успели записать в наши сообщницы. За поимку – обязательно живыми – предлагали ни много ни мало… то есть, наоборот, очень даже много – пятьдесят золотых сервов.