Путешествие среди людей

– Да, она как-то рассказывала мне о своей учебе. Я был еще в 4 или 5 классе. Да, я удивился, когда она вспомнила об этом пару недель назад. В Питере ей было очень тяжело. Одна, в холоде и сырости она жила в общежитии. Комната прямо под крышей. Потолок в плесени, а пол в штукатурке. Тараканов тьма. Она говорила: «Бывает, проснешься от чувства, что кто-то по тебе бегает, а это таракан. Через пару месяцев я уже привыкла к ним и стала спокойней реагировать». Она у меня довольно брезгливая женщина.

– Видимо, уже отвыкла от тараканов, – с улыбкой поддержал я.

– Да, видимо, отвыкла, – он был мрачнее даже той клумбы, которую я разглядывал пару минут назад. – Кровати были ужаснее всего, как она говорила. Посреди ночи она могла сложиться – либо на ноге синяк, либо на груди. Приходилось вставать, собирать себе кровать по новой, отряхивать одеяло и подушку. Но она не злилась, даже если на утро нужно было идти на экзамен или на работу, она принимала свою судьбу и принимала потребность в образовании. Тогда образование, кажется, было престижно, – на минуту он замолчал, будто осознавая, сколько теперь ненужных людей с высшим образованием и какая каторга ради этого ему предстоит.

 – Словом, главное, она сказала, что каждый день был борьбой. Но эту борьбу она выбрала сама. Почему и шла до конца. Потому что сама выбрала сложный путь.

– А ты выбрал сам? – протягивая ему сигарету, спросил я.

Он кивнул и ответил:

– Да, давно еще.

– Ну, тогда не о чем переживать. Как сказала твоя бабушка, она была там одна, а ты не один, в общем-то.

И бабушка у тебя сильная женщина. Ты будешь вполне достоин ее.

Под конец поездки он вспомнил о моей книге и даже попросил ее взять. И я с гордостью вручил ему небольшую стопку распечатанных листов.

– Понравится или нет – не важно. Главное, скажи, как прочтешь ее. Мне будет важно твое мнение. Скажешь, как прочтешь.

– Хорошо, конечно, – и, улыбаясь, он положил руку мне на плечо. – Я обязательно ее прочту.

Глава 3

Поезд прибыл в начале 11-го утра.

Вместе с поездом пришла и гроза.

Очень тепло распрощавшись с Петром Николаевичем, мы остались стоять между 9-ым и 10-ым путями. Мы стояли окруженные сумками, полностью набитыми закрутками, колбасами, вареньем, фруктами и мясом. Каждая банка была закручена в майку, шарф или или джинсы. Всего нашего барахла хватило бы на небольшую семью, только-только начавшую свой путь. Это были практически неподъемные сумки, но грели нам душу, ведь содержимое собирали наши семьи.