Замок Волшебника I

Ту же операцию проделали с гоблином, только вместо меча положили его нож и посох. В глубине что-то вякнуло по поводу расточительства, но я быстро пресек эти порывы. Надо уметь быть благодарным. Даже к мертвым, даже к неписям.

Ленимиэль как-то плавно перешла с песни, на какое-то заклинание, вот только как-то долго она его напевала, у Огаринэ уже песня закончиться успела, прежде чем появился результат. А результат был эффектным: вокруг обеих ям земля зашевелилась, показались десятки корней, которые захватывали принесенные прелые листья и выкопанный грунт и стягивали все это прямо в могилы.

Эльфы все затянули песни, а я, не зная слов, просто начал тянуть мотив. Это не первые мои эльфийские похороны, был уже парочку раз. Первые разы на них побывать обязательно, хорошо влияет на мораль, но первый раз я это делал не по игровой необходимости, а просто, потому что считал – так надо.

Действие заклинания закончилось так же плавно, как и началось – корни просто постепенно ушли под землю и больше не появлялись, оставив два круглых пятна свежевскопанной земли.

Пришло время второго акта.

Мы все расположились вокруг могил насколько могли равномерно, и начали петь особую песню, в том числе и я, к огромному удивлению Гала. Когда то, играя эльфами, была ситуация, требовавшая привлечения всех воинов, что найду, само собой я искал все способы сделать так, чтобы они не поубивали друг друга. Шерстил форум, общался с геймерами, и вот такие похороны – это был один из способов. Эльфы уважают тех, кто уважительно относится к их обычаям.

Тогда я и выучил погребальную песнь, в которой прослеживались части заклинания плодородия, корней, призыв энта и много других подобных заклинаний. Семя-душа Морта откликнулась сразу – земля по центру могилы вздулась и оттуда проклюнулся небольшой росточек березы, который начал стремительно расти вверх и вширь буквально за две минуты став молодой березкой, шириной, где-то в ладонь и высотой метров шесть. Немного опоздав, рядом начала свой рост вторая береза, только степная, кустарниковая, где-то за минуту став раскидистым кустом полутора метров высотой.

– Они теперь под сенью Светлой Богини! Да будет она милостива к ним в перерождении – хором произнесли эльфы, едва закончилась песня.

Я как-то забыл про эту фразу, но и сказать хотел другое.

– Мортиниэль, – начал я, остановившись перед вытянувшейся березой. – Мы не знакомы настолько, чтобы я мог назвать тебя близким другом, но я рад, что Светлая Богиня свела нас.