Стать человеком

Позвонит и спросит снова. А она повторит.

И чем это интересней простого «да» или «нет»? Интересней тем, что эти слова что-то значат только для нее, но не для него. Хотя, казалось бы, такая пропитанная дуализмом фраза. Парадокс? Парадокс. Похоже, я становлюсь страстным любителем парадоксов. Да я и сам тот еще парадокс. Но это ли повод для гордости?

А дальше? А дальше – проще. Ведь я пишу, как хочу сам, а значит, это будет легко. Раньше у меня все было легко. Будем стремиться к этому и теперь.

Я писал о любви.

О том, чего никогда не знал, не чувствовал и не желал чувствовать. Писал со снисходительной злостью к этим смешным существам, не вспоминая, что сам стал одним из них. Я писал о страсти, не зная, что такое страсть. О печали, – не ведая, что такое печаль. Об одиночестве, – не представляя, что такое одиночество, ибо я никогда не был одинок. Я просто был один.

Я долго писал. Мне не нужно было думать о сюжете, о хитрых поворотах, о тонкостях диалогов.

Я писал о себе. Я был в каждой фразе этой банальной истории.

Я был им, был ей, был городом, ветром, случайными встречными. Я был миром. Тем, кем был когда-то. И этот мир не был плох или хорош. Тоже, как когда-то.

Пальцы замерли на клавиатуре. Я поднял голову и посмотрел в окно. В городе наступила ночь. Я любил ночь? Конечно. А день? И день любил. Я, вообще, достаточно любвеобилен по отношению ко времени суток. Но все же ночь я любил немного больше. Почему? Потому что ночью ты можешь остаться почти один. Ночь заставляет не видеть.

Заставляет мечтать.

В странной задумчивости я встал, захлопнул ноутбук, вышел из квартиры и двинулся вдоль притихшей улицы. Притихшей, но отнюдь не замолчавшей. Наверное, в этом мире было много таких, как я, – любивших ночь. Возводивших свою любовь в ранг таинства. Стараясь скрыться, убежать от всеблагого уравнителя-света в объятия вечной грешницы ночи. Вечно твоей грешницы.

Вот ведь тоска! Неужели я романтик? Похоже, что да. Это плохо? Не плохо, скорее, вредно.

Помогает развитию опасных иллюзий.

– Огнем не богат, браток?

Я поднял глаза. На меня вопросительно смотрел крепкий, полупьяный парень с незажженной сигаретой в зубах. Я автоматически достал из кармана свою старую Зиппо и подарил ему возможность затянуться порцией бракованного никотина. Сам я сигареты не курил принципиально.

– Благодарю.

Он неторопливо пошел дальше, а я перевел взгляд на ближайшее задание. Как ни странно, оно было мне до боли знакомо.