Аскет. Чистилище

Отсчёт закончился, и нас с вороном выбросило наружу. Птиц тут же взмыл в серое, затянутое тучами небо. Я же пригнулся к земле и в несколько шагов оказался у плиты, укрывшись за ней. Так себе укрытие, если честно.

«Вижу двух человекоподобных уродцев. Похоже, идут по чьему-то следу. Не высовывайся, что-то мне не нравятся их свинячьи рожи. Да и вооружены они серьёзно – один арбалет и два копья. В общем, сиди, как мышь»

Я и сидел, вертя головой на все триста шестьдесят и периодически слушая рычание своего желудка.

Ожидание затягивалось, я даже подумывал вернуться к ручью и напиться, когда птиц вновь заговорил:

«Они пришли за Старшей гончей, по следам. Думали, что тварь одна, и ранена, вот и отправились вдогонку. Вернее, их послал кто-то. Чую, этих свинолюдей ждёт сюрприз в лице второй гончей. Адские собачки уже засекли незваных гостей и заходят к ним со спины. О, арбалетчик что-то почувствовал!»

До меня донёсся такой знакомый рык Старшей гончей, внезапно перешедший в скулёж. А затем послышались человеческие крики, полные отчаяния.

Я с трудом удержал себя, чтобы не броситься на выручку людям. Сказано же, там какие-то свинорылые, да и гончая – не тот противник, на которого ходят одним ножом.

Мои терзания нарушил взволнованный голос ворона, прозвучавший в голове необычно громко:

«Новобранец, чтоб тебя чесотка одолела, живее тащи свою задницу сюда! Бегом!»

К месту боя я подоспел, когда всё было кончено. Одна туша гончей валялась в стороне, с торчащим из глазницы оперением стрелы, а точнее – болта.

Вторая, с развороченным брюхом пыталась подползти к человеку с оторванной по плечо левой рукой, из которой хлестала кровь. Тот, в свою очередь, пытался отползти от твари подальше, отталкиваясь ногами и пытаясь зажать здоровой рукой страшную рану, превратившую всё лицо в кровавое месиво. Явно не жилец.

Другой человек, абсолютно голый, лежал ничком на земле, голова вывернута под неестественным углом.

«Хватай копьё, идиот, потом в гляделки играть будешь!»

Увидев валяющееся в метре от убитого двухметровое древко, я подхватил оружие и стал осторожно подбираться к раненой гончей, переключившей всё внимание на меня.

– Хр. Хрер, хахр! – раненый явно пытался что-то сказать, но разорванный рот не позволял это сделать. Не обращая на умирающего внимания – потом, всё потом, я с силой ткнул гончей копьём в шею. Листовидный наконечник неожиданно легко пробил шкуру твари, погрузившись на половину ладони.