Авторитет из детдома

– Стой, бля! – подполковник бросился следом, боясь случайно нажать спусковой крючок.

Индус был ему нужен живым.

Ноги путались в высокой траве, бешено колотилось сердце, кровь стучала в висках. С разбегу законный налетел на густо разросшиеся кусты, проломился сквозь них. Сзади хрипели и матерились преследователи. До ближайшего фонаря оставалось метров двести, а потому даже вблизи было трудно что-либо рассмотреть.

Индус побежал с горки, впереди призывно светилась фонарным светом улица. Он рассчитывал уйти во дворы.

Главмент не рискнет напасть на него при возможных свидетелях. В густой траве хранитель общака не заметил лестницы, сложенной из бетонных плит. Нога провалилась в пустоту. Индус взмахнул руками. Инерция бросила его вперед. Не удержав равновесия, он покатился по крутой лестнице, ведущей к спасительной улице. Головой ударился о парапет, раздался ужасный звук, словно кочан спелой капусты бросили на бетонный пол.

Часто дышавший Гандыбин остановился, всмотрелся в темноту, прислушался.

Ни стона, ни шороха из травы не доносилось.

– Что это было? – нащупывая ногой ступеньки, он стал опасливо спускаться.

Один из ментов подсветил фонариком. Индус лежал ничком, уткнувшись темечком в каменный парапет.

– Переверни, – приказал подполковник.

Когда Индуса перевернули, то в его остановившихся глазах отразилось ночное небо. Гандыбин приложил палец к шее законного, не ощутил биения артерии, беззвучно сплюнул.

– Сдох, зараза. Как некстати сдох.

Безжизненное тело осталось лежать на поросших травой ступеньках. В глубине парка заурчал двигатель. Полицейский «УАЗ» развернулся и покатил к выезду из парка.

* * *

Двое бомжей неторопливо шли по пустынной улице. Над тротуаром нависал крутой откос парка.

– Стой, отлить надо, – беззлобно попросил бомж, одетый в старое кашемировое пальто, подобранное у мусорных контейнеров.

– Раз надо, значит, надо, – миролюбиво согласился бомжара в болоньевой куртке.

Кашемировый стал справлять нужду прямо на асфальт, пристально следя за тем, чтобы не забрызгать пыльные ботинки.

– Менты, – прошептал болоньевый и указал рукой на приближающийся по улице «УАЗ».

Оба асоциальных элемента тут же юркнули в кусты. Машина проехала, не останавливаясь.

– Пронесло, – кашемировый сделал шаг к улице, за что-то зацепился и упал.

Обладатель болоньевой куртки коротко хохотнул.

– Да тут чмырь какой-то пьяный разлегся, дрыхнет.