Авторитет из детдома

Я улучшу и всем по электронке вышлю.

– Дай-ка погляжу, – планшет перекочевал в руки блондинки, она острым ноготком пару раз ударила в сенсорный экран и тут же присвистнула. – Ну и картиночки ты у себя держишь! Прям тебе порнография.

– Кто тебе разрешал в мои фото лезть? – возмутилась Тома. – И никакая это не порнография, а эротика. Направление в искусстве такое есть. Обнаженная натура. Каждый настоящий художник должен уметь обнаженное тело рисовать.

– Рисовать – я еще понимаю. А это же фотография. Ты что, сама фотографировалась? – блондинка рассматривала черно-белое изображение.

На экране планшетника была изображена обнаженная девушка с занавешенным распущенными волосами лицом. Резкие светотени лишь слегка обозначали бок незагорелого тела.

– Я свою первую персональную выставку готовлю, – как бы оправдываясь, принялась объяснять Тамара. – «Свет и тьма» называется. Там и мои картины будут, и фотографии того, что я пишу, рисую. Чтобы зритель сразу видел, что имелось в реальности и что из этого получилось на холсте.

– Везет тебе, Томка Гандыбина, – усмехнулась блондинка, листая планшетник. – Жизнь у тебя интересная. Выставки, пленэры. Со знаменитостями иногда встречаешься. Хорошо тебе за папашкиной спиной.

– Не завидуй. Иногда мне его ментовская профессия боком вылезает.

– В тебя словно магнит встроен. Все тебе легко дается. Даже перед входом в фитнес-центр этот мужик почему-то на тебя одну внимание обратил. Цветы вот прислал, конфеты, шампанское. А чем другие девчонки хуже? Почему на них не смотрел?

Девичник шел своим чередом.

Девушки чувствовали себя абсолютно раскованными. А чего стесняться? Это в одной компании с парнями нужно думать, что говоришь, что делаешь, какое впечатление производишь. Иногда так хочется побыть собой, без посторонних глаз, с подругами…

…Но насчет посторонних глаз Тома Гандыбина и ее подруги ошибались. Их беззаботностью нагло пользовались, не спросив разрешения. Владелец фитнес-центра – молодой хлыщ Валерий Лаврецкий – сидел в своем кабинете.

Дверь предусмотрительно была закрыта изнутри на ключ. На куске фольги змеилась дорожка белого порошка. Валерий приложил к ней серебряную трубочку, втянул порошок сперва одной, потом другой ноздрей, блаженно прикрыл глаза, а затем вернулся к прежнему нескромному занятию. На экране его компьютера было изображение со скрытых камер наблюдения, установленных в бассейне, в том числе и под водой. Щелкая мышкой, Валерий укрупнял изображение, менял ракурсы.