Блатной конвейер

Он двинулся в ту часть торговых рядов, где торговали мясом и колбасами. Пареньки снова попались ему на глаза. Сергей ожидал, что они по обычной схеме карманников начнут притираться к какой-нибудь тетке с висящей на руке сумкой. Но эти двое оказались не карманниками.

Все произошло быстро. Один из парней, тот, который был поменьше ростом и худощавее, вдруг перегнулся через прилавок, запустил туда руку и выхватил из передника продавщицы мясного отдела пачку денег. Женщина оказалась проворной и успела поймать вора за руку.

И тут случилось то, чего Сергей не ожидал. Парень, недолго думая, размахнулся и врезал продавщице кулаком в лицо. Женщина громко, истошно вскрикнула и, зажав лицо руками, скрылась за прилавком.

Грабитель зигзагами, выбирая свободное пространство, юркнул в сторону выхода. Поднялся крик, суматоха. Двое или трое мужиков рванулись следом, но напарник грабителя умело подыгрывая толпе, споткнулся в самый «неудачный» момент и создал сутолоку на несколько секунд. Этого было бы достаточно, чтобы его дружок с деньгами скрылся.

Сергей, крайне озлобленный на вора за то, что тот ударил женщину, не смог удержаться. Вор как раз собрался пронестись мимо него и скрыться за дверью. Выброшенная горизонтально в сторону напряженная рука Сергея сработала как шлагбаум, ударивший парня в верхнюю часть груди. Вор хрипло ахнул от удара, взбрыкнул в воздухе ногами и грохнулся спиной и затылком на каменные плиты пола. Резенков резко присел и добавил нижней частью кисти прямо в солнечное сплетение.

Парень еще раз ахнул и согнулся пополам на грязном полу. Вокруг с шумом стал собираться народ.

Сергей поднял глаза. Второй парень бочком пробирался в сторону выхода. Плевать! Каждый живет, как умеет, и это не его, Сергея, дело. Тот пусть убирается, а этот урод получил за то, что женщину ударил. До чего же это гнусно, подло, низко и грязно – бить женщину, да еще в лицо.

– Магомед… – зашептали вокруг, – Магомед пришел.

В толпе сразу стало тише. Было понятно – появился хозяин.

Сергей неторопливо поднялся на ноги и отряхнул колени стареньких вытертых джинсов. Перед ним стоял невысокий, с заметным брюшком кавказец в дорогой льняной паре и светлых летних ботинках из тонкой мягкой кожи. Черные, как маслины, глаза смотрели на лежавшего на земле вора без ненависти, скорее с терпеливой высокомерной снисходительностью.

– Как тараканы, – с чуть заметным акцентом сказал Магомед. – Выводишь их, выводишь, а они опять откуда-то лезут.