Чемодан. Вокзал. Обойма

Во-первых, по мнению многих, в последнее время этот высокопоставленный чиновник совсем зарвался и начал брать не по чину, замыкая финансовые потоки исключительно на себя. Во-вторых, на все ключевые должности в Департаменте он поставил только своих лизоблюдов, которые также брали больше положенного. Ну а в-третьих, смерть высокопоставленного государственного деятеля открывала дорогу для карьерного роста всем, кто находился ниже его по служебной лестнице, и прежде всего его первому заместителю – Олегу Юрьевичу Пролясковскому.

Не прошло и двух недель, как Пролясковский, пребывавший до этого в должности заместителя главы Департамента труда и занятости, перебрался в кабинет покойного Дерищенко, занял его кресло. Теперь его должность называлась – глава Департамента – правда, с обидной приставкой «и. о.». Что означало – наверху ему доверяют не полностью и в любой момент могут выкинуть из кресла и кабинета. Однако Пролясковский надеялся, что и. о. – явление временное, приставка вскоре исчезнет, вот тогда он и сможет по-настоящему развернуться на «хлебном» месте.

Первый же визит он нанес своему давнему другу – Тофику Рашидовичу Хайдарову.

О чем говорили Хайдаров и Пролясковский, так и осталось загадкой – беседа велась в специально снятой для этих целей «президентской» вилле, что исключало любую прослушку. Однако в самом конце разговора на виллу подъехал тот самый старик в потертом халате, который несколько недель назад наведывался в офис «Гермеса». Старик, выслушав витиеватые фразы благодарности московского гостя, получил из рук Пролясковского тяжелый дорогой кейс, в каких нередко перевозят наличность…

* * *

Москвичи за последние годы уже привыкли к тому, что их город превратился в гигантскую стройплощадку.

Столичный пейзаж уже невозможно представить себе без строительных кранов и разборных лесов, затянутых зеленоватой сеткой. Вроде бы это в новинку. Но все в истории повторяется. Такие периоды в жизни города уже были. В пятнадцатом веке на месте старого Кремля приезжие архитекторы-итальянцы возводили новый, из красного кирпича, радикальным образом перекраивая облик Белокаменной. Второй строительный бум случился в семнадцатом веке при царе Алексее Михайловиче, населившем Москву во время Тридцатилетней войны угнанными с родных мест белорусскими мастерами. Именно они и возводили церкви, каменные палаты, украшали их майоликовой плиткой, настенными росписями.

Жителям российской столицы не привыкать к тому, что на их стройках трудятся иностранцы.