Дурдом

Тем самым, который хотел закрыть «Завалинки у Грасского». В поддавки они вдвоем резались не первый десяток лет, начинали еще на галерках в аудиториях МГУ, когда вместе таким образом отлынивали от изучения юридических премудростей.

– Вон ту шашку двиньте, – подсказал я шефу.

– Подсказчик выискался! – возмутился Курляндский. – Санкцию на арест не дам.

– На чей арест?

– Ни на чей не дам.

Шеф все-таки двинул шашку по моей подсказке… И проиграл партию в четыре хода.

Курляндский расплылся в улыбке и, довольно потерев руки, кивнул мне:

– Молодец, Гоша.

Приходи в любое время, на кого хочешь санкцию получишь.

– А я тебе еще линию по алкоголикам дам, – сообщил шеф мрачно.

Я заискивающе протянул ему видеокассету, и он тут же размяк.

– Подарок, – сказал я. – В продажу еще не поступала. Братишка на телевидении стащил.

– Молоток у тебя брат, – оценил шеф. – Ну, рассказывай, зачем пришел.

Я изложил жгучую историю об исчезновении психбольных и высказал предположение, что тут не обошлось без чьей-то вражьей руки.

– И что ты, братец Лис, предлагаешь? – В голосе шефа я не различил никакого энтузиазма.

– Для начала создать следственно-оперативную бригаду.

– Георгий, а психзаболевания через рукопожатия не передаются? – заботливо осведомился шеф. – А воздушно-капельным путем? На тебя что-то неважно действует общение с контингентом.

– Но ведь психбольные пропадают.

– Мало ли. На то они и психи, – вставил словечко Курляндский. – Одни пропадают.

Другие порнографические и сутенерские газеты издают. Кстати, я позавчера одну такую закрыл.

– Так чего мне делать? – возмутился я. – Обо всем забыть?

– Как забыть? – вскипел шеф. – Работать надо. Я твоей интуиции доверяю. У тебя «нюх как у собаки, а глаз как у орла» – в «Бременских музыкантах» поют… Трудись, Георгий.

– Ценное пожелание.

– Знаешь что, сходи к Дормидонту Тихоновичу Дульсинскому.

– К кому?

– К тому профессору, с которым мы тебя познакомили в театре.

Лучше его в повадках ненормальных никто не разбирается.

Шеф протянул мне черную лакированную визитку, где серебряным тиснением перечислялись многочисленные, и далеко не все, звания и достижения профессора Дульсинского, а также его телефоны.

– Он никогда не отказывал нам в помощи…

Я вернулся в кабинет и первым делом стал названивать по телефонам, указанным в визитке. По третьему телефону я дозвонился. Представился. Профессор вспомнил меня сразу.