Грязный спорт

 – Раз уж мы приехали…

– А кого? С уборщицей, которая вызвала «Скорую» и милицию, ты ведь уже поговорил?

Чуйкин выглянул в коридор, где неподалеку маячили две рослые фигуры санитаров в белых халатах. Ребята дисциплинированно ждали, когда работники прокуратуры закончат свои дела и им будет позволено увезти тело погибшего. Остальная часть спортивного комплекса тонула в непроглядном мраке под трибунами. Чуйкин подумал о том, что сегодня днем он так и не успел заскочить на почту. А ведь ему наверняка пришли три или четыре свежих письма с карточками от таких же коллекционеров, как и он сам.

– Поговорил, – Николай достал из внутреннего кармана потрепанный блокнот, открыл его на последней странице, но тут же с разочарованным видом захлопнул. – Правда, ничего толкового сказать она мне не смогла. Как обычно проводила вечернюю уборку, ключа от раздевалки на вахте не оказалось, она пошла сюда и увидела… Ну, в общем, вы сами понимаете, что она увидела.

– Понимаю, – Чуйкин, не глядя, стряхнул пепел себе под ноги.

– Нет. Она никого не видела. И ничего странного не слышала.

– Что и требовалось доказать, – следователь пожал плечами. Оснований для возбуждения уголовного дела не было. Во всяком случае, явных. – Все под богом ходим, Коля. Тут уж ничего не попишешь. А у Агафонова, должен тебе сказать, та еще работенка была. Нервная работенка… Валидол он с собой неспроста таскал. Рябов!

Фотограф распрямился и повернул голову к следователю:

– Да, Владимир Евгеньевич.

– Что «да»? – Чуйкин поискал глазами, куда бы выкинуть окурок. – Долго ты там еще с этой фотосессией возиться будешь? Сворачивайся, и пусть парни увозят тело. Нам тоже ехать пора. Медэксперты разберутся, тогда, может, и… это самое… А то торчим тут, как три тополя на Плющихе.

Озадаченный Рябов подергал себя за мочку левого уха. Смахнул пот со лба.

– Я хотел еще помещение сфотографировать, Владимир Евгеньевич…

– Да на кой ляд оно тебе нужно? – Чуйкин прошел к окну, выглянул наружу, а затем швырнул окурок на улицу.

– Я тоже сегодня перекусить не успел, – ввернул Николай.

Рябов не стал спорить с начальством, зачехлил аппарат и повесил его на шею. Растерянно огляделся по сторонам.

– Ну, если вы так считаете…

– Считаю! – отрезал Чуйкин. – Коля, свистни этих труповозов. Скажи, мы закончили, пусть забирают.