Криминальная империя

– Ты все сказал, козлина? Если я твою рожу еще раз увижу, хоть на улице, хоть издалека. Я тебя, падла, живьем в землю закопаю!

– Ты на меня не ори! – повысил голос мужчина. – Если тут кто и есть шавка, так это ты!

– Что-о-о? Вышвырни его отсюда, Петро, – захлебнулся от негодования Белозерцев. – Если еще появится, головой его засунешь в парашу! В собственное дерьмо!

Вскочив на ноги, Роман пнул кресло так, что оно отлетело в противоположный угол холла и, врезавшись в стену, разлетелось на три части. Следом за креслом улетел и шлепанец с ноги, но взбешенный Роман этого, кажется, не заметил.

Он развернулся и ушел в сауну, грохнув дверью.

– Ты откуда такой наглый? – небрежно поинтересовался Петро. – Жить надоело, что ли?

Мужик повернулся, чтобы уйти, но на мгновение замер, смерив взглядом крепкую фигуру телохранителя. Петро недобро прищурился. Странный мужчина не выглядел очень уж крепким, сильным или имеющим специальную подготовку. Таких Петро, сам служивший несколько лет назад в армейском спецназе, узнавал сразу.

– А тебе кто велел рот открывать? – холодно поинтересовался мужик, поворачиваясь к двери. – Я что-то от твоего хозяина такой команды не слышал.

– Слушай, ты! – еле сдерживаясь начал Петро.

– Это ты слушай! – заявил в ответ мужик, останавливаясь в дверном проеме. – Твоему хозяину, если и дальше ерепениться будет, недолго барствовать осталось. А тебе при нем на прохожих гавкать. Подумай своей пустой головой.

Удар, который в бешенстве нанес Петро, мог переломать кости любому человеку и отправить его на тот свет.

Но мужик оказался проворнее. Он не стал бросаться в сторону, пытаться этот удар блокировать. Он поступил умнее, бросившись в дверь, ведущую из предбанника в общий коридор. Небольшое препятствие в виде закрывающейся перед носом двери задержало Петра не надолго. Но этого времени посланцу Остапенко хватило для того, чтобы вытащить из кармана хитрое устройство в виде большой авторучки.

Не очень громкий хлопок отдался эхом под потолком пустого коридора.

Петро сделал по инерции несколько шагов вперед, постепенно выгибаясь всем корпусом назад. На его лице стало появляться выражение недоумения и досады. Он схватился рукой за расплывающееся на левой стороне груди кровавое пятно, прохрипел что-то невнятное и повалился лицом вниз. Его голова гулко стукнулась об пол.

– Зажрался, спецназовец, – ехидно прокомментировал мужик, убирая в карман свою игрушку. – Расслабился. Думал, с тобой все кулаками беседовать будут.