Аскет. Лимб

Цена (не больше 2000 осколков души).

Информации минимум. Что за долг? Как он будет его выплачивать, ничего не понятно. И всё же я нажал «Да», выставив максимальные цену и срок.

Innocens N 13, Officium vitae принят.

Innocens N 13, Творец с интересом наблюдает за твоими действиями. Награда:

30 сил Веры Его.

– Фух! Аж от сердца отлегло, – произнёс великан, вытирая со лба несуществующий пот. – Макс, говоришь? Вот что я тебе скажу, парень, в лабиринте одиночке не место. Просто не сможешь его покинуть, не пропустят к выходу.

– Чистый, принимай и мой договор, – сказал Чёрный, и перед моими глазами появилась очередная надпись. Со злорадством я проставил максимальные условия и нажал «Да».

– Ну, теперь-то мы можем отужинать, так сказать, дружным коллективом? – расплылся в фальшивой улыбке Босс. – Или остались ещё какие-то недосказанности?

– Надо обсудить дальнейший план действий, – произнёс Чёрный, сбрасывая рюкзак на лавку. – Думаю, Даня должна присоединиться.

– Мне хватило одного попадания в плен, так что пусть сидит в секрете, – безапелляционно ответил здоровяк.

 – К тому же наши дела если и касаются Даню, то краями.

Мы заключили союз. Максимально простой – один за всех, и все за одного. Пока со мной не рассчитаются должники и мы не покинем лабиринт. Гарантом соблюдения договора выступал сам Творец, выдавший Боссу и Чёрному особое задание, выполнение которого было обязательным. Ещё бы, никто не хотел лишиться двадцати единиц Искры Творца – именно таким был штраф за провал или невыполнение.

– Темнеет, – произнёс бурят, впервые подавший голос за всё время нашего нахождения на поляне. – Опасность чую, нужно уходить в лес.

– По ночам здесь опасно, – задумчиво произнёс Чёрный, – твари выходят на охоту.

– В таких делах я доверяю Тунгусу, – великан поднялся со скамьи и крикнул: – Даня, мы уходим отсюда!

Первая ночь в лабиринте. Вряд ли я забуду её, как и первую ночь в Чистилище. И если в серой зоне у меня была возможность укрыться, то здесь мы могли спастись лишь одним способом – встать у стены и держать круговую оборону.

Забираться на деревья было бессмысленно, часть тварей перемещалась по ним лучше земных мартышек, часть могла летать, и все обладали различными способностями.

Почти всю ночь слышалось рычание, вой, крики и визг. Пару раз прозвучали человеческие маты, сопровождаемые частой стрельбой, но всё заканчивалось неизменно – выстрелы обрывались, маты на короткое время сменялись криками боли и всё стихало.