Народный мститель

Перекусить что-нибудь найдется?

– Сперва займемся твоей раной. Снимай куртку.

Катя колебалась, не спешила сбрасывать кожанку.

– Ты чего? – не понял Ларин. – Сама же говорила, что болит. Надо глянуть, промыть…

– Я вас стесняюсь.

Андрей выразительно вздохнул.

– Это значит, в центре столицы на глазах у сотен людей оголяться можешь, а сейчас стесняемся? Да нет мне дела до твоего тела.

– Это же акция протеста была. А тут совсем другое.

– Ты сейчас пациентка, а я доктор, – не очень уверенно произнес Андрей, раскрывая шкафчик, и зашелестел пакетом с лекарствами.

Катя все же сбросила куртку, но прикрылась распущенными волосами. Села к Ларину спиной. Кожа в нескольких местах оказалась рассеченной, но не так сильно, чтобы накладывать швы.

– Обойдемся пластырем. Вот только промыть надо.

Резко запахло антисептиком. Андрей привычными движениями прикладывал влажный тампон к ране. Девушка вздрагивала.

– Щиплет?

– Терпимо. Просто щекотно и холодно.

Мужчина, ловко орудуя ножницами, отрезал пластырь и стянул полосками края раны.

– Вот и порядок. А теперь посмотрим, что с твоими ребрами, – присматриваясь к синякам, проговорил Андрей.

Он легонько надавил пальцами. Девушка вскрикнула.

– Понятно.

– Что вам понятно? – насторожилась Катя.

– Скорее всего, трещина. Но это не смертельно. Вот замотаем тебя бинтом, и будет полный порядок. Сможешь отправляться к себе домой в Питер.

– Никто там меня особо не ждет. С матерью живу. Но она второй раз замуж вышла. Вы только не подумайте, что я это рассказываю, набиваясь здесь остаться…

Катя придерживала распущенные волосы, а Ларин туго обматывал ее бинтом.

Девушка уже не боялась его прикосновений. Напряжение спало. Катя и впрямь воспринимала своего нового знакомого как доктора. Вскоре она уже расхаживала по квартире в банном халате. С кухни доносился запах свежесваренного кофе, открывалась и закрывалась дверца холодильника.

Время уже было довольно позднее, за окном стемнело. Андрей сидел на диване и краем глаза смотрел телевизор, а сам в это время думал и прислушивался к звукам, наполнившим его обычно тихую квартиру.

На кухне негромко играла музыка, причем хорошая – звучали старые песни Утесова. Хотя Ларин и не подсказывал Кате имя своего любимого исполнителя. Просто та сама поняла вкус Андрея, когда копалась среди дисков. Вот полилась вода из крана… Давно уже Ларин не чувствовал себя так спокойно и расслабленно. Он не был затворником, в его жизни попадались женщины.