Народный мститель

Глаза его окончательно заиграли наркотическим мерцанием. Язык, щеки и гортань словно одеревенели, зато мир постепенно заиграл яркими красками. Перед внутренним взором завертелся гигантский калейдоскоп, переливаясь фантастическими картинками. Пространство мгновенно расслоилось на все цвета радуги, под черепной коробкой послышался приятный умиротворяющий гул. Калейдоскоп ритмично вращался, постепенно ускоряясь, и волшебные узоры сменяли друг друга со все возрастающей скоростью, пока не превратились в сплошную радужную круговерть.

Влажный ночной ветер раскачивал на столбе уличный фонарь, и лампочка в нем, видимо, догорала свой срок, потому что от рывков ветра фонарь то вспыхивал тревожным желтым светом, то гас. В какой-то момент Алексу начинало казаться, что он выплясывает на танцполе любимого клуба. Улыбнувшись чему-то, он лениво включил проигрыватель. Мощная аудиосистема мягко зашелестела, и жестяной короб машины заполнился рваным ритмом хип-хопа. Юноша откинулся на подголовник, с блаженной улыбкой осмотрелся вокруг и сфокусировал взгляд на стоянке такси.

Сквозь мельчайшую водяную взвесь было видно, что Маргоша поспешно усаживается в машину. Желтый «жигуль» плавно отчалил от тротуара и неторопливо покатил по пустынной улице, унося во влажную тьму красные огни габаритов.

Провожая взглядом такси, Алекс обратил внимание, что Маргоша за задним стеклом показывает ему вытянутый средний палец руки и шепчет что-то явно неуважительное, а может быть, даже и обидное.

В голове парня словно щелкнул какой-то тумблер. Недавнюю радужную эйфорию будто смыло волной, и в душе шевельнулся маленький желвачок озлобленности. Желвак этот стремительно увеличивался в размерах, грозясь превратиться в огромный гнойный нарыв.

– Все равно дашь, и прямо сейчас, как мне хочется! – Алекс упрямо поджал губы. – Мне еще никто никогда не отказывал!

Тем временем желтый «жигуль» с шашечками, развернувшись на перекрестке, поехал в обратном направлении. Судя по всему, Маргоша, с которой молодой человек полтора часа назад познакомился в ночном клубе «Pacha Moscow», жила где-то в центре.

Чтобы выехать на проспект, следовало миновать длинный и темный двор между панельными многоэтажками – другого пути с паркинга просто не было.