Отмщённый

Брать живым не стоит. Бросить все силы на его поимку – оправданное дело. Но с чего ты взял, что он еще здесь? Время смыться у мальца было – мы же не в момент район оцепили. Да и толку от этого оцепления? Повсюду трава в полный рост, в трех шагах ничего не видно.

– Чувствую, Серега, что он еще тут, – возразил полковник. – Не такой он кадр, чтобы бросать дело незаконченным. Допустил оплошку – попытается ее исправить. На сто процентов не уверен, но чую, что не уйдет он просто так.

Крендель информированный. Не удивлюсь, если он сидит в лесу напротив и созерцает нашу тусовку. – Полковник покосился на вооруженных сотрудников, толкущихся неподалеку. – А вот если мы все уедем, то тогда и он, ясен перец, слиняет.

– Не порадовал, Димон. – Майор Плакун озадаченно почесал жесткий затылок. – И что, будешь тут сидеть, мерцать, как тополь на Плющихе? Осмелел ты, – кивнул он на вооруженную команду. – Под сенью дружеских штыков. И не боишься, что парень наладит снайперскую винтовку да шандарахнет тебе в лоб?

– Тебе он, кстати, тоже шандарахнет, – проворчал Глотов, помялся, поглядел по сторонам и неохотно процедил: – Ты же не маленький, Серега? Понимаешь, что дело серьезное? Доказать этот тип ничего не сможет, уйма лет прошла, девчонка умерла, и косточки ее давно протухли.

Но все равно опасно. Могут круги пойти, а нам оно сейчас никак не по кайфу. И противно, знаешь ли, если это чучело будет постоянно над душой висеть. Вторично достать не сможет, мы уже наученные, но постоянно мотать нервы…

– Димон, я все понимаю, – вздохнул Плакун. – Если не сможем обезвредить этого живчика сегодня, мобилизуем все силы в районе, подключим опергруппы, внештатных сотрудников. И тайны из операции делать не стоит. Ловим именно Ковальского – отмороженного зэка, сбежавшего с зоны, чтобы мстить тем, кто его туда заслуженно отправил. Особо опасный преступник, владеет единоборствами и умеет пользоваться любым видом оружия.

В случае обнаружения стрелять на пораже…

Фраза зависла – у майора сработала рация, пристегнутая к поясу. Он отошел, включил устройство и как-то сразу подобрался, навострил уши. Выслушав, начал лаконично отдавать распоряжения. Вернулся напряженный, немного побледневший.

– Нарисовался твой Ковальский, господин полковник. – Осипший голос выдавал волнение.