Охотники за ментами

А когда человека сбил, очко сыграло – он и ударился в бега. А тут так удачно наш Кирпичников свидетелем. Как угадал. На следствии твердо держал линию, что за рулем Казаченко не было, а был неизвестный гражданин, который после аварии убежал.

– Такая твердость дорогого стоит, – хмыкнул Ломов. – Теперь я понимаю… Но все равно из этого никак не следует, что его убили «охотники». Скорее родственники жертвы. Что стало с учителем?

– Он в коме. Лежит в больнице. Жена безутешна. У них трое детей. Между прочим, следователь мне признался, что ни капли не верит показаниям Кирпичникова, но других нет.

Видимо, капитан умело распугал настоящих свидетелей. Впрочем, сейчас это вряд ли имеет значение. Тем более что все повернулось таким неожиданным образом. Утверждать не могу, но по приблизительным прикидкам у этой семьи нет таких родственников, которые хладнокровно пристреливают полицейских и угоняют машины. Но главное, хочу тебе напомнить слова убийцы, что капитан погиб на охоте. На охоте! Родственник, скорее, заговорил бы о мести.

– Да, это уже что-то, – повторил Ломов и покрутил головой. – Тут ты, пожалуй, прав. Это меняет дело. Есть над чем подумать.

– Да, например, о том, откуда убийца, если он не родственник, узнал про этот случай?

– Нужно поговорить с женой учителя, – деловито заметил Ломов. – Вообще проверить еще раз родственников, окружение… Он ведь учитель. Если он хороший учитель, кто-то из его учеников мог… Ну, то есть, не из учеников, конечно. Может быть, чей-то отец, брат. А что? Допустим, «охотники» существуют.

У одного из них брат-школьник. И вот этот брат приходит из школы расстроенный и говорит, что любимый учитель сбит машиной, а отвечать за это никто не будет…

– Эка тебя разобрало! – невесело усмехнулся Волченков. – Я знал, что тебя зацепит. Мне и самому кажется, что мотив убийства мы вычислили. Не за взятки же на дороге его пристрелили! А лжесвидетельство вполне тянет на убийство.

– Хотел бы я знать, каким образом это убийство повлияет на Казаченко? – задумчиво произнес Ломов.

 – Ему-то, я думаю, все пойдет на пользу. Хороший адвокат скажет, что Кирпичников погиб за правду, которая не всем была по вкусу.

– Да, вполне возможно, – согласился Волченков. – Но это уже совсем не в нашей компетенции.

– Жаль, что не в нашей. А ты чего остановился?

– Приехали, – ответил Волченков и открыл дверцу.

В ответ на звонок в домофоне возник вполне мужской, но как будто плачущий голос. Он с отвращением поинтересовался, кого принес черт.