Отпуск с ворами

 – Хрен они с тобой пойдут. Чушь все это.

– Это не чушь, хотя насчет полиции ты прав. Тут убедить кого-то будет очень сложно. Я предлагаю не терять времени и даже не пытаться кого-то убеждать. Нам троим работы хватит!

– Я пас, – поднялся Кирюша со стула. – У меня семинар, мне готовиться надо…

Антон незаметно облегченно вздохнул и стал с удовольствием наблюдать, как Кирюша собирается уходить. Антона даже не особенно покоробило, когда Даша у двери чмокнула жениха в щеку. Вали-вали, толстячок! Толку от тебя…

Толку не было и без Кирюши.

В глубине души Антон надеялся хоть на какой-то успех, но еще три дня пролетели впустую. А к вечеру третьего дня Даша посмотрела ему в глаза как-то по-особенному, потом опустила веки и коснулась его руки пальчиками.

– Знаешь, Антон… Наверное, не надо больше ничего делать. И так все понятно. Толку нет и не будет. Кирюша вон с самого начала не верил в эту затею и оказался прав. А я… я просто как утопающий схватилась за соломинку. Вот ты и был такой соломинкой.

Тут, наверное, надо в самом деле быть полицейским, а не любителем.

– Даша, – проникновенным голосом сказал Антон.

– Не надо, – покачала головой девушка. – Я ведь понимаю, что ты все это из-за того, что… В общем, не надо. И спасибо тебе! Будет время, заходи в гости. Мы тебе будем ужасно рады. И на свадьбу тоже…

Никогда раньше Антон не ощущал нелепости этого словосочетания «ужасно рады». Ужасное словосочетание – глупое, дурацкое…

Даша повернулась и пошла по улице. Потом она остановилась, повернулась к Антону лицом.

Улыбка у нее была вымученная и вялая, как у Кирюши. Вот оно, влияние! Девушка взмахнула пару раз ладошкой, и ее каблучки застучали по асфальту. Враз пропало хорошее настроение.

Антон не разозлился. Просто его задело то, что он оказался беспомощным в сложившейся ситуации. Вопрос был для него теперь принципиальным. Теперь он хотел не столько доказать Даше и Кирюше (век бы его не видеть), сколько себе самому.

Набитый нарезанными по формату купюр листками бумажник кочевал из кармана в руку и обратно.

Антон таким образом привлекал к себе внимание. Потом он сделал вид, что увлекся рассматриванием хлебопечки в отделе бытовых приборов. Бумажник из-под куртки из заднего кармана джинсов у него вытащили через десять минут. В полированном боку чайника из нержавеющей стали отразилось невзрачное бледное лицо. Они, субчики, они родные!

Антон положил на место паспорт изделия и повернулся. Бледный удалялся быстрыми шагами.