Последний удар сердца

– А кто его спрашивает? – донесся из наушника чужой голос.

– Нет, это вы мне скажите, что делаете в кабинете Николая, почему берете трубку? – возмутилась Екатерина Викторовна Шпаликова.

– Вы что, ничего не знаете? – прозвучал удивленно голос.

– А что, собственно говоря, я должна знать?

После небольшой, но выразительной паузы из трубки донеслись короткие гудки. Катя растерянно сняла очки, протерла их носовым платком… Было очевидно, что с братом что-то произошло. Но что?

Об этом наверняка уже должен был знать Лаша.

Катя вышла из стеклянного павильона переговорного пункта, обессиленно уселась на лавочку. И, с трудом поборов желание тут же позвонить жениху, побежала к стоянке такси: все-таки о таких вещах лучше говорить не по телефону…

Лаша Лацужба стоял во дворе своего шикарного дома. На дощатом помосте лежала уже осмоленная туша кабана. Рядом, в эмалированной выварке, дымился свежий ливер. Теперь абхазец совершенно не походил на себя прежнего: забрызганный свежей кровью, с острым ножом в руках и с банданой на голове, он напоминал кровожадного кавказского боевика из сериала.

– Лаша… – Катя бросилась к жениху. – Что с Колей?

Кавказец воткнул нож в помост, прищурился.

– В Москву с «переговорки» звонила?

– Да…

Абхазец утер пот со лба, осторожно приобнял девушку, прошептал на ухо:

– Крепись, Катя. Я тоже час назад узнал. Не хотел, дорогая, тебя тревожить. Дело в том, что…

…Катю удалось успокоить лишь через час. Лаша накапал ей транквилизаторов, уложил в постель и даже присел рядом.

Сестра убитого с отрешенным видом молчала. Наконец тихонько спросила:

– Лаша, кто это мог сделать?

– Не знаю, Катенька, – Лацужба осторожно прикоснулся к руке Шпаликовой. – Ничего пока не знаю. Известно мне лишь одно: нам с тобой сейчас в Москву ехать нельзя. Хорошо, что ты хоть не назвалась по телефону.

– Даже на похороны ехать нельзя? – Катя приподнялась на локте, обескураженно взглянула на Лацужбу.

– Ни в коем случае.

Коле этим уже все равно не поможешь.

– И как же теперь… бедный Коля, его же в землю зароют, света Божьего больше не увидит! – Катя тихонько всхлипнула. – А я тут буду сидеть, даже не попрощавшись!

Лаша с силой сжал руку Кати.

– Нельзя, Катя. Там ведь, как выяснилось, не только Колю убили, но и людей, с которыми ты по медикаментам работала. А там люди очень серьезные!

– А когда можно будет?

– Не знаю. Зато в Абхазии тебя никто и искать не будет.