Последняя капля терпения

– А это... оно... безопасно? Живым останусь?

– Если быть осторожным, то возможно, – прищурился кинолог. – Для начала надень вот это, – и он вручил худосочному мужчине тяжелый брезентовый ватник.

– Пахнет как-то странно, вроде хвоей или вареньем…

Бытовик примерил обновку и даже попытался сам застегнуть ее на спине. Естественно, не получилось. Пришлось кинологу помочь.

Получив в руки длинную увесистую палку и инструкции, бытовик приободрился.

– Значит, гражданин начальник, мне его надо только метелить изо всей силы?

– Смотри, не перестарайся.

Если сломаешь ему что, самого этой палкой отхожу.

– Понял, не дурак, – бытовик втянул голову в плечи и нерешительно шагнул за сетчатую калитку, которую за ним тут же закрыл на задвижку кинолог.

– Не дай ему до лица добраться, а то сгрызет на хрен. Потом ни один хирург не восстановит, – прозвучало в спину добродушно-напутственно.

Бытовик подходил к псу осторожно, кругами. Тот уже чувствовал приближение опасности, знал, что его ждет.

А потому, вскочив с земли, лаял, бросался, натягивая короткую цепь.

Бытовик, перед посадкой на «химию» хладнокровно изувечивший свою жену, не мог решиться нанести первый удар.

– Ближе, ближе подходи! Не тяни! – уже кричал ему кинолог.

Бытовик сделал шаг, прищурил глаза и занес палку. Пес не пытался убежать, злость уже захлестывала его. Он рвался, забыв о цепи. Когда палка пошла вниз, он сумел подпрыгнуть и схватить ее зубами. Трещало, щерилось щепками дерево.

Псу удалось вырвать палку из рук пошатнувшегося бытовика, и теперь он вымещал на ней всю скопившуюся в его памяти злобу к людям, избивавшим его несколько ночей подряд – к мужчинам, пахнущим дорогим дезодорантом.

– Держи! – крикнул кинолог растерявшемуся бытовику и бросил ему еще одну палку, на этот раз короче и потяжелее.

В мыслях он лишь молился, чтобы пес не дотянулся до своего «воспитателя». Теперь уже и глаза бытовика зажглись азартом. Адреналин, выброшенный в кровь, начинал действовать.

Он наносил удар за ударом, матерился, отплевывался, еле успевал стирать заливавший глаза едкий пот. Пес неистовствовал. Пена, смешанная с кровью, стекала из его оскаленной пасти. Желтые клыки окрасились розовым.

– Хватит! – закричал кинолог, но мужчина его не слушал.

Он бил и бил рвавшуюся к нему собаку. Если бы цепь не выдержала, мощные челюсти мигом впились бы в тщедушную глотку. Бытовика пришлось оттаскивать силой.