Последняя капля терпения

– Это ее? – Глотов покосился на дородную актрису.

– Ее. Она по моему замыслу – хищная стерва. Но не станешь же зрителю это объяснять на словах. Надо через действие показать так, чтоб никто не сомневался. И вот, понимаешь, придумалась сцена. Гениальная, я тебе скажу. Она приводит мужчину, которого собирается охмурить, на собачьи бои. И все – ни одного слова в кадре. Только взгляды, визг собак, укусы. А она от этого тащится. Я так смонтирую, что по-другому не увидишь. В собачьем бою будет и страсть, и секс, и все то, о чем подумают герои.

Но не скажут они ни слова. Только взгляды, только жесты.

– По-моему, хорошо ты придумал.

– Если б не ты, я бы пропал, Александр Филиппович. Готов в ноги упасть за то, что ты позволил мне в своем питомнике снимать. Сколько бы я такие декорации строил? За какие деньги? Где бы я такую натуру нашел? А у тебя все готовое стоит.

Ларин прислушивался к разговору и даже сам не верил, что всю эту «гениальную» сцену для фильма, по большому счету, сотворил Дугин, что кинорежиссер до недавнего времени о ней и не помышлял.

«Ему бы не режиссером быть, а актером», – подумал Андрей.

Члены съемочной группы, побывавшие здесь накануне, уже привычно занимали свои рабочие места. Осветители выставляли софиты, оператор «пристреливал» камеру.

– Александр Филиппович, – стлался скатертью-самобранкой режиссер, – давайте я и вас на заднем плане посажу. А потом сделаю один крупный «наезд» камерой. Запечатлею для истории, так сказать.

– Вот «наездов» не надо, это мы еще в девяностые проходили, – скупо усмехнулся член Совета безопасности.

 – Ты же знаешь, Аркаша, в кадре светиться – не моя профессия.

– Как скажете. Да, кто у вас тут за собак отвечает? А то я и своего человека, кинолога, привез.

Ларин, как и было договорено, тут же возник возле кинорежиссера. Глотов лениво поманил пальцем тучного мужчину со среднеазиатским разрезом глаз:

– Вот, он у меня за собаками присматривает. Чудесный специалист, – и добавил, обращаясь уже к обоим: – Вы уж как-нибудь там между собой разберитесь.

Хотя это лишнее. Мой смотритель и один бы справился. Твой человек нрав моих собак не знает.

– Так положено. Я, как режиссер, на площадке за технику безопасности отвечаю. Поэтому и должен иметь человека, специально обученного. Представляешь, что мне идиот-сценарист в этой сцене написал? Бойцовая собака вырывается с ринга, перемахивая ограду, и бросается на людей. А главный герой хватает ее голыми руками и забрасывает назад.