Предатель рядом

Они продолжали жить в одном городе, ходить на матчи чемпионата России по футболу, не забывая прихватить на трибуну по паре «Жигулевского». К сегодняшнему дню Копаев был старшим опером УСБ ГУВД, а Эберс – заместителем начальника отдела по борьбе с особо опасными видами контрабанды.

– Мы оба за наш «Спартак» болеем, – добавил Антон.

– Болели, – Быков стал пальцами разминать переносицу, словно всю ночь не снимал очки.

– Не понял, Алексей Алексеевич.

– Сегодня ночью Эберс был убит двумя выстрелами из пистолета в собственной квартире.

Все признаки заказного убийства налицо.

Копаев почувствовал, как зазвенело в ушах, и он уже не слышал собственного голоса.

– Мы же с ним только позавчера на стадионе были…

Теперь Антону стало ясно, про какое убийство говорил ему Стеблов. Но почему на него, Копаева, так смотрели сослуживцы?.. В отделе никто не знал о дружбе оперов из разных ведомств. Такие отношения не поощряются руководством. Высосать информацию – ради бога, а дружить ради дружбы – не нужно.

Из самого бы чего не высосали… Или все-таки знали?

– Ты слышишь меня, Копаев?

– Что?

– Я тебя спросил: что тебя с ним может связывать?

– Кажется, вы знаете и без моего ответа. Мы вместе учились, дружим до сих пор. Дружили… Мы друзья.

– Ты раньше не говорил, что у тебя друзья в таможне есть.

– Я много чего не говорю. И почему я должен афишировать неслужебные отношения?

Быков вздохнул:

– Ты прав. Но на столе в его квартире лежала твоя визитная карточка.

Теперь она в уголовном деле, и в связи с убийством сотрудника таможни моего сотрудника начнут таскать по прокуратурам и задавать албанские вопросы. Теперь понятно, почему я интересуюсь?

– Все понятно. Кроме одного. Откуда у него золотая цепь и три тысячи долларов?

– Я про это тебе ничего не говорил…

– Стеблов сказал. Дежурный в моем бывшем отделе.

– Понятно, – усмехнулся начальник. – А у Эберса могли быть такие деньги, Антон?

– Думаю, нет, – сразу ответил Копаев.

 – Он, конечно, бережлив и расчетлив, как всякий немец, но его бережливость и расчет строятся исключительно на сумме зарплаты. В любом случае долларов у него я не видел. И чего не видел точно – это золотой цепи. Если верить Стеблову, так это строгий ошейник какой-то, а не цепь!

– Да уж, – согласился Быков. – Видел я это, с позволения сказать, украшение. Эксперт сказал, что если цепь золотая, то ее запросто можно поменять на новую «шестерку».