Смерть без работы не останется

И Антон стал расспрашивать, пользуясь тем, что сознание девушки все еще находилось под воздействием лекарств. О подругах, о «мамках» или сутенерах, об охранниках, о хозяине, который стоит за этим, вообще о системе работы. Она называла имена, клички, фамилии, адреса. То ли хотела отомстить, то ли из чувства благодарности Антону.

– Таня, – Антон заставил девушку надеть топик и оправить одежду. – Послушай меня. Постарайся выпутаться из этого болота. Хочешь, я помогу тебе, найду тебе место, где тебя вылечат от наркозависимости, уедешь домой или устроишься тут на работу.

Ты, главное, возьми себя в руки.

– Что ты мелешь, куда я пойду, на что я буду жить? Ты мне сам-то что дал? Не «дурь» разве?

– Дурь у тебя в голове! Я тебе дал таблетки, это специальный препарат, который помогает преодолеть ломку. Он не спасение, но на первое время сгодится. Я тебе отдам таблетки, которые у меня есть, только ты пообещай, что уйдешь с улицы.

Хочешь, я тебя на работу устрою, хоть кем-нибудь, лишь бы зарплата шла?

– Хочу! – вдруг выпалила девушка. – Ты не представляешь, как хочу!

…Лера снова проснулась в холодном поту. Хорошо, что все-таки проснулась, а то в последнее время у нее ночные кошмары стали продолжаться все дольше и дольше. И, главное, она никак не может проснуться, отогнать их. Она лежала на спине, волосы на лбу прилипли, подушка под затылком была мокрая, а простыня сбилась комком.

Лера не открывала глаз, пытаясь усилием воли настроиться на реальность мира, побороть всплывшие ощущения, душевные муки прошлого. Страшного прошлого.

Она вспомнила себя школьницей. Это было горячее время, потому что на носу были выпускные экзамены, а она не могла ни о чем думать, кроме того, что ее ждало приглашение в танцевальный коллектив, в эстрадное танцевальное шоу.

Ведь Валерия Шагалова уже шесть лет занималась танцами. Она любила танцы, она была готова пожертвовать всем на свете ради того, чтобы продолжать танцевать профессионально, чтобы это стало делом ее жизни.

Ох, как непросто складывались ее отношения с мамой в тот период. Мама, школьная учительница, твердила, что прежде всего нужно получить образование, а уж потом пляши, сколько влезет. Не верила.