Смерть без работы не останется

Конечно, если встретится та самая единственная и родная, то решение, возможно, изменится, но… Это «но» существовало, мучило, не давало покоя… Антон слишком любил свою маму, слишком берег о ней память, чтобы мог позволить заслонить ее образ в доме другим человеком, другой женщиной. Он гнал эту мысль, боролся с ней, старался объяснять себе все другими мотивами, но ситуация от этого не менялась.

Вот и кладбище. Антон посидел немного в машине, выключив двигатель и распахнув дверь. Как тут всегда тихо.

Почему на кладбищах всегда так тихо? И несмотря на то что не видно людей, постоянно кажется, что на тебя смотрят. Смотрят изучающе, оценивающе. Кто ты? Какой ты? Достоин ли ты оставаться жить, когда они ушли, правильно ли это? Души умерших словно бы задавали вопросы…

Антон каждый раз оборачивался и мысленно освобождался от наваждения, отгонял эти мысли. Я живу так, как считаю нужным. Вы тоже жили по-разному, поэтому не учите меня. Антон понимал, что эти ощущения у него на кладбище возникают исключительно из чувства вины перед мамой, которую он не уберег от беды, не сумел защитить.

Мамы ему до сих пор очень не хватало. И никакой мистики тут нет!

Вот и могила. Памятник и оградка чистые… Антон тут в «родительский» день провел много времени. Отмыл мраморную плиту и памятник, покрасил оградку, подстриг траву вокруг оградки.

Присев на лавку, Антон стал смотреть на памятник, на имя и фамилию мамы. До сих пор дико читать ее имя на могиле.

Дико осознавать, что в один миг ее не стало. И ведь не война, не вселенский катаклизм, а… даже слов не подберешь сразу.

Антон отогнал тяжелые мысли и постарался думать спокойно и философски. Это давалось с трудом, комок подкатывал к горлу, и приходилось прилагать неимоверные усилия, чтобы сдерживать себя.

– Антошенька… – прозвучал мамин голос.

Наверное, это казалось, что голос «ее». Антон уже почти забыл голос мамы. Но лицо ее послушно всплывало из памяти, ее улыбка, ямочки на щеках.

И руки… теплые добрые руки…

– Да, мама…

– Пришел… сыночек…

– Все хорошо, мама…

Антон чуть не добавил «спи», но сдержался. Он не знал, спят ли там души… Там? А где там? Что-то говорят люди по этому поводу, но Антон был слишком прагматиком, чтобы верить во все это. Иногда он пытался, старался принять, но ничего не получалось.

– Когда ты детушек приведешь, Антошенька?

«Детушек», слово-то какое! Старинное.