Стреляй вверх – не промахнешься

– Ну что же, – продолжал ухмыляться Максим. – Такое единодушие не может не радовать. Значит, завтра займемся экипировкой. А послезавтра нас ждет встреча с прекрасным…

– В Мавзолей, что ли, поведешь? – продолжал дурачиться Скопцов. – Или в стриптиз-бар?

– Что-то типа этого, – загадочно ответил Оболенский. – Завтра обсудим подробнее…

3

Старостин пребывал в состоянии, близком к шоковому. Его кинули самым безобразным образом. Причем именно те, на чью помощь и поддержку он рассчитывал. Личный телефон генерала Талаева не отвечал.

Точнее, отвечал, но… Лучше бы помалкивал. «Связь с данным абонентом невозможна». Секретарша Виктора Васильевича, придумывая отмазки, даже особо не изощрялась, используя через одну универсальные формулировки: «вышел» и «выехал».

А когда Старостин попытался прорваться непосредственно в кабинет куратора, его ожидал очередной болезненный удар. На проходной прапорщик, придирчиво изучив его пропуск, неожиданно убрал жесткий ламинированный прямоугольник в карман и заявил:

– Гражданин, ваш пропуск недействителен.

– Как это – недействителен? – растерялся Андрей Михайлович. – Почему?!

– Не знаю, – пожал плечами прапорщик. И добавил жестко: – Отойдите, не загораживайте проход!

Старостин потратил еще некоторое время, пытаясь что-то кому-то доказать. А потом вдруг понял с потрясающей ясностью – его просто бросили, как надоевшую супругу. Система, служению которой он посвятил свою жизнь, отторгла его, как инородное тело.

Сказать, что Андрею Михайловичу было обидно, – это значит ничего не сказать.

Ему было по-настоящему больно. А еще – страшно… Долгие годы – практически всю свою сознательную жизнь – Старостин ощущал себя частью огромной и всесильной машины подавления. Он никогда не был одиночкой – за его спиной стояла мощная и надежная, как танковый дизель, система. Теперь он остался один. Один – против всех. Ему предстояло научиться если не жить, то выживать в этом странном и жутком мире. А тут еще эта авантюра с Малышевым. И пути назад нет. Теперь – уже точно нет. И продолжать одному просто невозможно.

Ну что же… Если система от него отказалась, то он, в свою очередь, не считает, что остался ей что-то должен. А союзников он найдет. Даже и искать не придется. Просто не надо жадиться, стараться натянуть одеяло на себя. Делиться надо. А с кем – он знает.

Усевшись в свою машину, Старостин вытащил сотовый и набрал знакомый номер…

– Михаил?.. Привет. Это я. Надо встретиться – есть серьезный разговор.