Тебе конец, хапуга!

Карпов, как знаток человеческих душ, сразу почувствовал в Ларине человека волевого, настойчивого, умеющего добиваться поставленных целей любыми средствами. Не укрылась от него и хорошая физическая подготовка Андрея. Именно поэтому он и предложил ему поучаствовать в съемках на площадке перед объективом камеры в качестве дублера. Эпизод был сложный, физически изматывающий: бег по полю, стрельба, огонь, дым, рукопашная схватка с противником. Исполнитель главной роли, звезда российского уровня Федор Белый, излишне злоупотреблял и спиртным, и сигаретами, чтобы сгодиться для подобных трюков.

А Ларин был с ним примерно одной комплекции и даже отдаленно похож чертами лица. Поэтому слегка подгримированный вполне мог на общих планах сойти за знаменитого актера – любимца домохозяек…

– Ну как, Владимир Рудольфович? – поинтересовался Андрей, отряхивая партизанскую рубашку от прилипшей пыли. – Не думал, что так тяжело в сапогах бегать.

– Гениально, – пафосно произнес маститый режиссер, разглядывая циклопическую сцену полыхающей деревни.

 – Потом отдельными планами-крупняками доснимем Федора Белого, как он нациста душит в спелой ржи. Огонь на компьютере дорисуем. У меня спец по компьютерной графике есть, что хочешь нарисует. А за карателей тебе, Андрей, особая благодарность. Мой ассистент-бездарь никак не мог мне настоящих карателей подыскать, неделю кастинг проводил. Упырей каких-то с вурдалаками сладенькими приглашал, а не карателей. А ты сразу понял, что требуется…

– Так где же, Владимир Рудольфович, истинных карателей искать? Только в нашем российском ОМОНе, больше негде. Только там они целыми стаями водятся.

Режиссер Карпов мечтательно вздохнул, глядя на то, как омоновцы, переодетые нацистами, строчат из автоматов по мирным жителям и безобидным коровам.

– Ты в их лица, Андрей, вглядись. Такое желание убивать и калечить сыграть невозможно. Их крупным планом снимать надо.

Даже Станиславский поверил бы.

Стрела крана еще раз проплыла над проселком. В мелком желтом песочке лежали, распластавшись, «застреленные» дети, женщины и старики. Дергалась корова, которой местный ветеринар вколол недостаточно снотворного. Оператор со своего крана показал знаками режиссеру, что эту часть съемок он уже окончил и можно переходить к огненной феерии.

– Крест поджигай, крест! – натужно крикнул режиссер в мегафон.