Очарованная вдова

Резкая и бесцеремонная незнакомка в реальности оказалась разбитной сексапильной блондинкой лет двадцати пяти от силы. Она представилась как Евгения Самара и без малейшего стеснения перешла к делу, ради которого, собственно, и вытащила вдову известного шансонье на эту встречу.

– Время спуститься на землю, дорогуша, – жуя жвачку, говорила блондинка. – Ты все время летала где-то там, в своих розовых облаках, и не видела ни черта из того, что происходило у тебя под носом. Да ты и сейчас, даже после гибели Вовы, так, в общем-то, и не приземлилась.

Зацепилась за облачко и пытаешься спрятать в него свою мордашку. Нет, не выйдет. Спускайся на землю и посмотри на реальность, детка.

– Да что вы себе позволяете?! – Анна не сдержалась и выразила свое возмущение. – Будете так с подружками разговаривать!

– Не ори. Ребенка испугаешь, – прошипела на это блондинка и добавила: – А мы с тобой и есть подружки. Заочные. Правда, ты о моем существовании никогда не подозревала. Я целых четыре года была любовницей твоего дорогого супруга.

Чего-чего, а такого поворота событий вдова никак не ожидала. Заявление беспардонной собеседницы застало женщину врасплох. Она резко повернула голову, уставилась на нахалку и застыла, будучи не в силах отыскать подходящие слова, чтобы выплеснуть гремучий коктейль, состоящий из ошеломления, злости и недоверия.

– Ну и что ты на меня пялишься? Не веришь? А все так и есть, – гнула свою линию Самара. – Четыре года, от звонка до звонка. Пока ты думала, что Вова весь в делах по уши.

А он не в делах был, а во мне! Просекаешь?

– Ты хочешь сказать, что этот ребенок от Володи? – превозмогая ступор, спросила вдова.

– Нет, вы только посмотрите на нее! – театрально воскликнула Евгения. – Что, неужто сразу не догадалась? Ты реально не от мира сего. Ну да ничего. У тебя есть все шансы исправиться, почувствовать вкус настоящей жизни. Я тебе в этом помогу. Да, этот малыш – наш общий с Вовой сын. Дитя страсти, так сказать. Я могла бы тогда сделать аборт, но Вова не позволил.

Он захотел, чтобы я сохранила ребенка, любил его, баловал. Да и меня тоже. Но теперь, когда Вова погиб, я осталась с сыночком на руках. В стесненных условиях. Деньги, которые он мне последний раз давал, уже почти закончились.

Анна внимательно слушала блондинку, силясь не заплакать.

– Так ты хочешь, чтобы я помогала тебе и твоему сыну деньгами? – уточнила она максимально отстраненным голосом.

– Нет, милочка, – Самара отрицательно помотала головой.