Время пришло

– Ну, ты и жрать, Акимыч, – подтрунивал над ним раскосый. – На морду свою глянь – вот-вот треснет.

– Да пошел ты, Ренат, – беззлобно огрызался «римлянин». – Лучше скажи, где обещанные телки? Двух-то мало – да и разобрали их уже. Можно, конечно, подумать на предмет бодренького групповичка…

– Не отдам, – обнял за талию свою блондинку Петрович, чем вызвал новый взрыв веселья.

– Придут, придут, Акимыч, – ухмылялся раскосый, – накладочка вышла. Они же не реактивные, пока соберутся, накрасятся, доедут. А пока ждем, имею тост, господа, – он схватился за увесистый штоф с «беленькой», принялся энергично разливать.

 – Давайте выпьем за нашего дорогого и уважаемого Петровича, у которого через неделю день рождения, который он опять зажмет. Мы много лет знаем нашего товарища – активный, принципиальный, с правильной жизненной позицией, член партии…

– А член у него какой партии? – хрюкнул «обладатель» рыженькой, наблюдая, как неугомонная длань начальника отдела собственной безопасности лезет под стринги блондинки.

 – Шучу, шучу, Ренатушка, продолжай. Наш Петрович – это, конечно, мощь…

Девицы как по команде заулюлюкали, захлопали в ладоши. Короче, выпили. Похрустели огурцами. Дружно срыгнули.

– Жалко, что Григорьевич не пришел, – посетовал бородатый. – Много потерял.

– Говорит, что некогда, – проворчал «римлянин», обсасывая гигантскую креветку. – Нашего «шерифа» можно понять. Вся неделя из неприятностей, да еще катавасия с Жирницким, опозоренные омоновцы Караканова – это уже чистый перебор.

Что ты думаешь по этому поводу, Петрович? Давай-ка, руби – со всей присущей тебе прямолинейностью и открытостью. Что за хрень в городе? Звезды неправильно встали?

– Скажу, – решительно мотнул головой Петрович. – Вот давайте еще вздрогнем – и скажу. Всю правду скажу, ничего не утаю. Раздавай, Ренатушка, продукт.

И вдруг блондинка как-то странно повела носом, словно учуяла неприятный запах. Сглотнула и быстро высвободилась из загребущих объятий. Буркнула: «Я на минуточку, мне что-то нехорошо».

Выскочила из-за стола и быстро побежала из сауны. Захлопнулась дверь. Мужчины удивленно посмотрели друг на друга. И тут же приключилось что-то с рыжей: она слетела с коленей кавалера, окатила пол струей рвоты, схватилась за горло и, пошатываясь, засеменила к выходу. Вторично хлопнула дверь.

У мужчин организмы были сильнее – зачерствели на трудной работе, закалились, гвозди бы перерабатывать такими организмами. Но и до них дошло.