Колдун. Генезис

Такой нехитрой процессией мы выбрались во внутренний дворик и вошли в беседку. Поставив съестное на стол, мы расселись по местам. При этом Нейла, забравшись на лавку с ногами, устроилась на плече мужа. И у меня в голове сразу всплыла картинка из старого советского мультфильма, где бродячая кошка заснула на спине у огромного медведя.

Налив себе чаю и вооружившись пирожком, я начал свой рассказ. Поведал друзьям и о страшной пьянке, устроенной в Борсе после победы. Потом припомнил несколько комичных ситуаций, что произошли у нас во время пути до Харпуда.

Огромный успех имела история, когда мы подшутили над Пило и подсунули ему самую страшную приписную. Вся соль истории была в том, что предварительно мы замотали ее в легкие одежды, а лицо накрыли еле прозрачной тканью, ну и представили ему как танцовщицу с земель, лежащих за пустыней. Младший к этому моменту уже мало что соображал от выпитого спиртного. Поутру же на весь лагерь раздался душераздирающий вопль, а «пробитые» могли увидеть, как через всю просеку несется голый мужик и что-то яростно кричит.

Вспомнил я и сам Харпуд, рассказал о том, как нас накрыла лавина, о том, как блуждал в подземельях. Когда же речь зашла о тамошних обитателях, то Нейла непрерывно ахала и охала, а вот Тист светился охотничьим азартом и явно мне завидовал. Потом рассказал о Сильвии и ее «кошках». Молчун хмыкнул, а Колдунья не постеснялась отпустить пару ехидных шуточек на весьма плоские темы. Рассказал им о принце, о том, как мы все боялись, что по наши души явится императорская гвардия и наш путь закончится в казематах и пыточных.

Я все старался оттянуть момент, когда придется сообщать ужасную новость, но так или иначе речь зашла о Мальгроме. Я рассказал о том, как мы рубились на парапетах, о том, как упал вниз, как зашивал самого себя и как наша армия взяла крепость. Припомнил взятие магазина, и то оружие, что отыскалось в нем.

– Кто? – прошептал Молчун, и у меня чуть уши не заложило от его громоподобного голоса.

– Ушастый, – ответил я.

Друзья сразу помрачнели, их лица тронула грусть, вскоре Тист принес из дома бутылку.

Выпили. Снова помолчали, снова выпили. Так продолжалось до первой звезды. Ну а затем мы поменялись ролями, рассказывать стала Нейла. Оказывается, они после битвы не сразу поехали в столицу, а остановились в одном из пригородов, но по смешному стечению обстоятельств в том же трактире, где будущая семья сняла комнату, остановился бывший учитель Нейлы. Он-то ей и предложил работу в столице.