Колдун. Путешествие на восток

Девушка снова рухнула на колени. Сел и я. Не знаю, что там за мысли кружились в голове моей спутницы, но я был готов к любым неприятностям, связанным с ее нежеланием принять реальность такой, какова она есть.

– Нет-нет, – шептала она. – Я видела загон. Они еще живы! Мы не можем уйти без Сатии!

Наверное, смуглянка опять вскочила бы на ноги, но вместо нее поднялся я. Подойдя к леди, положил руки на хрупкие плечи и заглянул в зеленые омуты.

– Они мертвы, – отчетливо проговорил я. – Смиритесь, миледи.

А если хотите кого-то в этом винить – вините меня.

Она некоторое время молчала, а потом произнесла:

– П-почему?

Я сел напротив, спиной к огню. Его жар приободрял и давал силы.

– Вы знаете о религии имперцев?

Леди кивнула.

– Вы знаете о Кровавой Харте?

Собеседница вновь кивнула, но слегка неуверенно.

– Что ж, видимо, вы знаете не очень много, – сделал я самый простой вывод. – Раз так, то слушайте внимательно. Богиню Харту называют Кровавой не потому, что она покровительствует разбойникам, убийцам, наемникам, ворам и пиратам, а потому, что она единственная принимает жертвы от своих верующих.

В зеленых глазах теперь плескались страх и недоверие. Я продолжил:

– Когда умирает один вожак, немедленно должен быть выбран другой. Это самый сильный, хитрый и подлый из группы, если вопрос касается разбойников. Но мало выбора смертных, нового вожака должна признать Харта. И тогда в ход вступает старый ритуал. Он так и называется – ритуал крови. Когда я убил прошлого вожака, то запустил этот механизм.

Когда мы ушли от погони, разбойники вернулись в лагерь и тут же выбрали нового предводителя.

– Но ритуал…

– Для ритуала уже все было готово. Вы видели тот загон? Хорошо. Пленных, скорее всего, собирались продать в рабство, но разбойникам нужна была кровь… Да, вы правильно все поняли. Всем «лишним» в лагере перерезали горло, а кровь их спустили в бочку. Сначала в этой крови выкупался будущий вожак, а потом каждый из членов банды взял кубок и выпил полную чарку.

И пили они до тех пор, пока столитровая бочка не опустела. Вернемся в лагерь и найдем лишь мумии, в том числе и мумию Сатии.

Теперь в глазах миледи плескались ужас и отвращение. Я ее понимаю, мне об этом ритуале как-то давно рассказал Добряк. Помню, я ему тогда не сразу поверил. Но тем не менее это была чистая правда. Я испугался, что девушка сейчас заплачет, но вскоре ее смятение сменилось еще большим отвращением и даже гневом.