Сердце Дракона. Книга 10

А среди них постепенно меркла и исчезала тень фигуры в черном плаще.

Ветер трепал ее волосы, а взгляд был направлен в небо. Если бы кто-то находился рядом, то услышал бы страшные слова:

– Надеюсь, вы слышите меня, лжебоги. Скоро я вернусь и уничтожу этот мир.

Последние слова принес лишь ветер. Мир, переживший взмах руки тени осколка души Черного Генерала, затих.

Глава 850

Открыв глаза, Хаджар действительно на пару секунд подумал, что попал в бездну к демонам. Вокруг него крутились какие-то черные фигуры, наряженные в цветастые одежды, гремящие костяными и каменными бусами, а сам он лежал около жаркого костра.

Костер, который своим жаром обжигал Рыцаря духа начальной стадии, в чьих жилах текла кровь Хозяина Небес, а энергетическое тело было укреплено волчьим отваром орков?

Сложно представить, кто мог разжечь подобный огонь и хворост какого дерева использовался для его поддержания.

– Ulsha ashani kum-kum, – обратился к Хаджару ближайший демон.

Он положил ему, пытающемуся подняться, ладонь на грудь, и Хаджар, вскрикнув от неожиданной боли, вновь погрузился в глубокое забытье.

Странно, но перед этим ему показалось, что он чувствует запах дождя и видит перед собой волну черных волос. Черных женских волос.

Интересно, кому они могли принадлежать?

* * *

– Derek! – упавший с неба мужчина, принесенный в деревню слишком доброй Анетт, выкрикнул что-то на своем языке и попытался встать.

Говорящий с Природой племени Текмет положил ему на грудь свою ладонь.

– Успокойся, воин, тише-тише. – После этого он пропустил через свое тело внутрь природных потоков чужака немного своей силы.

Столько бы не навредило даже ребенку, но лишенный половины души чужак не выдержал и потерял сознание от боли.

– Говорящий! – Анетт, потрясая кольцами, вплетенными в каштановые волосы, вскочила с циновки. – Вы убьете его, Говорящий!

– Замолчи, Анетт! – рявкнул на нее высокий, плечистый мужчина. С обнаженным торсом, с одной лишь цветастой юбкой и в плетеных сандалиях, он выглядел грозно и говорил убедительно.

Его грудь и предплечья были покрытыми овальными шрамами – будто кто-то вшил ему под кожу вытянутые бусины. – Ты привела в наше племя чужака! Нарушила правила! А теперь смеешь без спросу обращаться к Говорящему?!

Анетт, спохватившись, тут же скрестила руки на груди так, чтобы ладони легли на плечи, а локти закрыли плоский, гладкий живот.

Она опустилась на колени и коснулась лбом земли.