Сердце Дракона. Книга 14

Его волосы поднялись вертикально вверх. Позади покоился плащ из белых и алых молний. А его простые одежды буквально рвались на теле, обнажая множество жутких серых шрамов поверх смуглой кожи.

В следующее мгновение волна силы распространилась широкой дугой. Она буквально сминала сплавленные мечи и доспехи, обнажая кипящую под ними лаву, ручьям рассекавшую тяжелую скальную породу.

Поднявшись к самым облакам, она разогнала их, на миг обнажив бескрайнюю лазурь бушевавшего шторма.

Но все это – взрыв силы, ветер, сияние – были лишь последствия.

Незначительное эхо нанесенного удара. Удара, который развернулся огромным когтем где-то около самого горизонта. И все, что было позади Красного Рыцаря, превратилось в ровную гладь. Такую гладкую, что упади на нее капля дождя – и она бы так и осталась покоиться в безмятежном спокойствии.

С неба падал стальной и каменный дождь. Все, что оказалось на пути удара «Драконьего рассвета», было рассечено. Срезано чище наточенной бритвы брадобрея.

Сам же Красный Рыцарь, по которому пришелся чудовищный удар, вытянувший из Хаджара без остатка полный запас сил, смог отбросить противника на сотню шагов.

Будто брошенный камень, он пролетел по воздуху, а затем покатился кубарем по земле. И лишь вонзив свою лапу-перчатку в землю, прокопав в ней черту в десяток метров, он смог остановить тянущую дальше инерцию.

Хаджар раскусил очередную пилюлю и почувствовал, как жидкое пламя спускается по горлу прямо в желудок, откуда распространяется по всему телу.

По его рукам, ногам и торсу текла кровь. Тело Повелителя, как в случае с веткой дерева, которой Хаджар некогда сражался с Парисом и Аркемейей, плохо держало подобную мощь.

И следом за пилюлей, восстанавливающей энергию, Хаджар проглотил еще одну – исцеляющую раны. Глубокие порезы, оставленные его собственным мечом, начали затягиваться один за другим, стягивались рассеченные мышцы, срастались разрубленные кости.

Лишь несколько новых, тонких, почти не видимых на общем фоне шрамов остались свидетелями того, что Хаджар вновь рисковал своей жизнью.

Но на этот раз он знал – за что.

Как он посмотрит в глаза сыну, если скажет: «Те, кому обязан жизнью твой отец, были попраны грязными стопами духов»?

– Сражайся! – закричала Дэдхи’Ашан. – Сражайся, мой слуга!

Услышав приказ своей повелительницы, Красный Рыцарь, из глубокого пореза на груди которого сочился красный туман, зарычал, ударил себя в грудь и оттолкнулся от земли.