Корректор реальности

Каждая клетка моего измученного тела болела так, словно меня несколько дней медленно поджаривали на вертеле, медленно вращая над углями. Но ещё больше страдал мой разум, вспомнивший всё… Хижина, селение простаков, форпост и вновь пережитая тоска. Как я вообще смог перенести эти страдания и не измениться? Не стал бездушным монстром, идущим по головам… Айлин! Неужели она сдерживала меня? Только божественное вмешательство могло врачевать мою душу так, что я даже не замечал этого.

– Отец, ты очнулся? – прозвучал в изголовье голос старшего сына.

– Долго я лежу здесь, Роник? – севшим голосом прошептал я.

– Минуту, может, две. Ты потерял сознание почти сразу, как мы вошли, а затем выход затянуло камнем.

– Выхода нигде нет, мы с воинами проверили все стены, – подтвердил младший сын. – Отец, что происходит? Все комнаты с саркофагами – они тоже закрылись.

– Сейчас всё решим. – Стиснув зубы, я рывком поднялся с пола. Скользнул взглядом по стенам и тут же увидел светящийся символ.

Хаос, значит, всё правда! – Роддиг, общая защита! Я на острие.

– Слушаюсь, командир! – отсалютовал старший из воинов – самый сильный одарённый, если не считать моих сыновей. – Отряд, построиться оборонительной полусферой! Наследники – на фланги!

Выждав, когда воины построятся и каждый активирует второе защитное плетение, я проделал то же самое, мысленно поблагодарив хаос, что безумная стихия не тронула мои внутренние резервы.

Что ж, сейчас у меня гораздо больше сил и возможностей, чем в подземельях Артеи.

Шагнув вперёд, я коснулся светящегося символа, и стена передо мной расступилась, открывая вид на поляну и окружающую её рощу. И на двух кровных врагов. Да, они ещё не причинили вреда моему роду, но уже начали реализовывать свой план. А сейчас, когда увидели работающий куб хаоса, начнут действовать ещё жёстче, чем в прошлый раз.

– Ждите.

Секунда, и стены куба сомкнулись за моей спиной.

Всё, теперь мне не надо отвлекаться на защиту более слабых родичей.

– Викторис, и давно ты служишь врагу? – слишком спокойным голосом поинтересовался Джамал, и только проскользнувшее между слов презрение выдало его истинные чувства. Да он, похоже, действительно считает меня предателем!

– С тех самых пор, как империя решила уничтожить мой род, – ответил я, остановившись в пятидесяти шагах от противника.