Сердце Дракона. Книга 7

 – Жизнь спасли, а остальное сам поправлю.

Если энергетическое тело не распалось, то со временем восстановит себя само. К тому же на помощь Хаджару в данном вопросе приходили драконья техника медитации “Путь среди облаков”, делающая его энергетическое тело крепче, чем у простого адепта, Зов и драконья же кровь.

Сейчас, скорее всего, Хаджар обладал лишь третью от своего реального потенциала, но буквально через несколько дней сможет восстановиться до восьмидесяти процентов.

А за неделю и до всей сотни.

– Ну а ты, маленький пушистый зверь, ничего не хочешь мне рассказать?

Хаджар поднял за шкирку спящую Азрею. Котенок не стал даже глаз открывать. Он, оказавшись в воздухе, все так же во сне начал забавно шкрябать коготками по воздуху. Порой, задевая грудь Хаджара и оставляя на ней неглубокие царапины, он всеми силами пытался забраться обратно за пазуху.

Кстати, Хаджар обнаружил, что лежит в заштопанных и зашитых в очередной раз, видавших виды одеждах. Их он не снимал с того самого момента, как покинул Долину Ручьев.

Признаться, он был несказанно рад, что они остались при нем. Язык не поворачивался их назвать “тряпьем бродяги” (коими они, по сути, и являлись), скорее – приносящим удачу талисманом.

– Не думай, что на этом разговор закончен, хитрая ты кошка.

Азрея и носом не повела. Разве что широко зевнула, демонстрируя ряды маленьких, но острых клыков.

Убрав котенка обратно за пазуху, Хаджар откинул одеяло и возблагодарил того дальновидного человека, что поставил рядом с его постелью костыли.

Он понятия не имел, сколько времени пролежал без движения, но мышцы, лишенные подпитки энергией, за это ему явно благодарны не были.

Схватившись за край кровати и избежав падения, Хаджар с кряхтением подперся костылями и заковылял в сторону выхода.

Здесь выходов было аж пять штук. По два с каждой стороны и один – центральный. Именно через него Хаджар и покинул лазарет. В подобных он достаточно належался за время своей солдатской жизни и предпочел бы больше никогда там не оказываться.

Доковыляв до дверей, Хаджар, игнорируя легкую боль, открыл их плечом. Так же процокав костылями по длинному коридору, он вышел на улицу.

Поежившись из-за прохладного северного ветра, Хаджар с тяжелой одышкой прислонился к стене лазарета.

“Никогда бы не подумал, – мысленно говорил он себе, при этом медленно сползая по стене, – что такой короткий путь окажется настолько трудным для истинного адепта”.